В романе "Развод: Дракон, мы (не) твои", читатель оказывается в неожиданной ситуации - встречает своего бывшего мужа, теперь выглядящего как дракон. Тяга к пониманию его намерений и страх за свою безопасность создают атмосферу напряжённого и интригующего сюжета.
— Король Элрондель, — склоняю голову ровно настолько, насколько позволяет достоинство равного правителя. — Благодарю за исцеление моего наследника. Я перед вами в неоплатном долгу.
— Долги — понятие для смертных, Владыка Рейнольд. Мы просто восстанавливаем нарушенное равновесие. Тьма коснулась того, кого не должна была касаться, — он выдерживает небольшую паузу, затем продолжает, — Но вы пришли не только за благодарностью, Дракон. Говорите. Чего вы хотите от ледяного престола?
Он решил перейти сразу к сути. И я ценю это.
— Тьма растёт, Элрондель, — мой голос звучит громче, заполняя зал. — Она уже перешагнула рубежи, угрожая Западным землям. Скоро доберётся и сюда, — позволяю паузе повиснуть в звонком воздухе, — Мы не сможем держать удар вечно. Нам нужны ваши войска. Ваша магия света и льда. Вместе мы сможем запечатать источники Тьмы в её логове, в Чёрных Горах. Раз и навсегда.
Взгляд Элронделя становится острее.
— Наши земли отделены и защищены, — замечает его советник, в его голосе слышится надменность.
— Ничто не вечно, — парирую я, глядя прямо на Короля. — Тают даже вековые льды. Тьма найдёт свой путь. Она коснулась самого дорогого, что у меня есть. — киваю в сторону Конора. — Не пощадит и ваши сокровища. Ваш родник. Вашу вечность.
В зале повисает тяжёлая тишина. Даже сияние стен, кажется, меркнет на мгновение.
Элрондель медленно поднимается с трона. Он высок и строен, его движения лишены всякой суеты, полны нечеловеческой грации. Он спускается по ступеням и останавливается передо мной.
— Вы предлагаете союз, дракон? — спрашивает он тихо. — Вы, чьи предки считали нас не более чем «морозными мухами»? Вы, кто столетиями игнорировал наши предупреждения об опасности Чёрных гор?
В его словах горькая правда. История наших народов полна взаимного недоверия и презрения.
— Я предлагаю смотреть в будущее, а не в прошлое, — отвечаю, не отводя взгляд.
Самая мощная магия часто кроется в правде, поданной под нужным соусом. Я показываю им не властного правителя, а отца. Отца, готового на всё ради сына.
