Автор
В медцентре Карина выглядит потрясающе: её щёки искрятся улыбкой, а глаза светятся восхищением, глядя на новый медицинский костюм цвета пыльной розы. Она сканирует себя в зеркале со всех сторон - и сама не может поверить своей красоте. Медсестра буквально покоряет своим присутствием, а букет цветов, подаренный на день рождения её ребенка, кажется особенно великолепным и разрекламированным в зеркале....
– Почемуууууу? Ай! – Милана складывается пополам и больше не может сдерживаться – кричит в голос. – Господи как больно-то!
Беру себя в руки. В конце концов, я – врач. И моя обязанность – оказать медицинскую помощь и принять роды.
Если мы и дальше продолжим выяснять отношения, Милана родит прямо стоя.
Наплевав на вопросы беременной, выбегаю в коридор в поисках свободного врача, что сможет принять роды у любовницы моего мужа.
– Ангелина, позовите врача в третий бокс! Срочно! – выкрикиваю, резко тормозя у стойки.
– Не могу…Все заняты – у Малышевой воды отошли…
– Черт!
Малышева – наша особая пациентка. Ее беременность близнецами мы сохраняли всем коллективом, как могли. У нее строжайший постельный режим с двадцать четвертой недели вот уже двенадцать недель. Немудрено, что все свободные акушеры участвуют в принятии родов.
За что мне такое счастье – принимать роды у любовницы мужа?! Или его второй жены?! Или она первая, а я – запасной аэродром?!
Крик Миланы расходится по коридору, ударяется об стены и едва не сносит с ног.
– Вашу ж мать! – несусь обратно в бокс. Наспех переодеваюсь и мою руки. И вхожу как раз в тот момент, когда забежавшая на крики акушерка помогает Милане забраться обратно на кресло.
Выдыхаю, всеми силами стараюсь стереть из памяти, кто такая Милана, и делаю то, что умею делать лучше всего – помогаю появиться на свет новому человеку.
– Успокойся, Милана, мы сейчас будем рожать, – проговариваю строго и четко, глядя роженице прямо в глаза.
– Нет! Вы убьете моего ребенка! Где мой муж?! Мне страшно!
– Успокойся! Альтернативы у тебя нет – все врачи заняты со сложной пациенткой. Рожать будешь со мной. И да, я не имею привычки вымещать свои личные обиды на новорожденных. Не в моих правилах. Я помогаю появиться жизни на свет, а не забираю ее.
Милана замирает, переваривает все сказанное мной.
– Когда я скажу – тужься! И дыши! На раз, два, три…
***
Из родовой вываливаюсь только через два часа. Несмотря на то, что Милана делала все так, как я ей велела, нам пришлось повозиться. Но теперь она наслаждается общением с пухлощеким розовеньким малышом.
Сыном от моего мужа.
И только сейчас реальность наваливается на меня бетонной плитой.
Мой муж мне изменял. Не меньше года, раз сумел заделать сына.
