— Я подумаю, — произнёс он, проглотив комок в горле, и поцеловал мокрые от слёз щеки, сладко-солёные губы, нежную кожу на горле и особенно чувствительный участок под ушком.
Катя рвано вздохнула.
— Саша… увидят!
— Катька, я с тобой с ума сойду. Наверное, уже сошёл, — поцелуи пошли ниже, одна рука накрыла холмик груди, и женщина тихо простонала сквозь стиснутые зубы.
— Саша… нет!
— Ты выйдешь за меня замуж? — неожиданно даже для себя самого выпалил Воротаев и почувствовал непередаваемое облегчение.
Так вот что его мучило! Он давно хотел Катю себе не на десять лет, не в любовницы.
Он хотел её всю, навсегда, но не понимал этого. И вот сейчас, когда его осенило, всё встало на свои места: идеальная мать, идеальная жена, потрясающая любовница — три в одной! Нужно быть полным идиотом, чтобы упустить такую женщину! Родившая Артёма и Лизу самка без колебаний готова от них отказаться, а чужая женщина согласна работать бесплатно, лишь бы малыши не попали в равнодушные и алчные руки.
— Что? Ты бредишь, наверное — кто же женится на нянях, мы не в бразильском сериале, — дрогнувшим голосом ответила Катя, пытаясь отстраниться.
Ну вот, напугал. Дурак, надо было аккуратнее, а он попёр буром!
— Я хочу жениться не на няне, а на любимой женщине. Самой лучшей на свете.
— Я замужем…
— Кать, только не сердись, я опять всё сделал неправильно, — виновато пробормотал Александр, изгибаясь, чтобы и женщину не уронить с колен, и достать что-то из кармана. — Прочитай.
Екатерина посмотрела на бумаги, что ей протягивал Воротаев, и неуверенно взяла их в руки.
Развернула. Вчиталась. И заплакала — Воротаев принёс ей свидетельство о разводе! Она больше не замужем!!!
— Катя??!! — встревожился мужчина. Снова сгрёб, прижал, зацеловал, собирая губами слезинки. — Ну, что ты? Ведь всё хорошо, да?
— Спасибо!!! — говорят, человек на 70 % состоит из воды, видимо, это правда — слёзы текли потоком, ливнем, водопадом и не собирались заканчиваться. — Как ты этого добился?
— Немного денег, немного звонков знающим людям, — пожал плечами Воротаев.
— Кать, это такая мелочь, что и говорить не стоит!
— Деньги? Я верну! Я собирала на выкуп, у меня шестьсот тысяч есть! — встрепенулась Катерина.
— Вернёшь, — кивнул Александр, сжав кулаки, — если захочешь меня обидеть. Успокойся, я заплатил сущие мелочи — госпошлину и тому подобное. Павел отказался от всех к тебе претензий, более того, едва не плакал от счастья, когда мой человек предложил ему устроить развод за два часа.
