Ты мне понравилась внешне, потом привлекла небанальным поведением, а в процессе общения я понял, что встретил женщину, с которой готов прожить всю жизнь.
Стеллу попеременно бросало то в жар, то в холод.
— Прости, что не стал ждать, когда ты сама мне всё расскажешь, и предпринял определённые шаги, чтобы узнать о тебе побольше. Благодаря полученной информации, я теперь прекрасно понимаю, почему ты не спешила делиться и отстаивала свою независимость. И ещё больше укрепился в мысли, что ты — именно та женщина, которую я хочу видеть рядом с собой.
Стелла не знала, что и думать — он шутит или говорит правду? Но как же это — Виктор не считает её поступки неприемлемыми?
— Мы похожи, Стелл, и это меня особенно сильно в тебе привлекает. Представляешь, каким целеустремлённым и успешным у нас получится ребёнок? Не важно, сын или дочь — наш деть заткнёт за пояс любых недоброжелателей и всегда выйдет сухим из воды.
И она разревелась, больше не в силах выдерживать эту пытку…
Мужчина опустился на пол, встал перед ней на колени, притянул рыдающую Стеллу к себе и обнял.
— Поплачь, это вам, женщинам, необходимо. Отпусти то, что не можешь изменить, тогда ты начнёшь новый путь. На месте Воротаева я тоже не отдал бы своих детей, даже если бы был настолько виноват перед их матерью, как он. Понимаю, как тебе тяжело, но обещаю, что скоро боль потери притупится.
— Что… что ты узнал? — выдавила из себя Стелла, не веря своим ушам.
"
"— Что твой супруг значительно старше тебя, что, женившись, он не оставил холостых привычек и помимо жены имел любовниц. Что не уделял тебе должного внимания, фактически переложив на твои плечи все заботы о малолетних детях. А небольшая разница между ними на несколько лет превратила тебя в бессменную няньку. Всё бы ничего, если бы он тоже принимал участие в их воспитании, но, как я понял, господин Воротаев от семьи самоустранился.
Не сложно понять, что надолго тебя не хватило, и ты решилась на развод. Но тут у твоего бывшего мужа включились мозги, и он вывернул ситуацию наизнанку — выставил тебя вон, а детей удержал. Я понимаю теперь, почему ты была такая несчастная в Тель-Авиве, понимаю, почему не можешь до конца мне поверить. И почему во что бы то ни стало жаждешь самостоятельности и автономности.
