Автор
Яна внимательно рассмотрела своё отражение в зеркале: светлые волосы слегка выбились из прически, глаза горели живостью. Домашний костюм из тонкого шелка немного помят, но сейчас она была самой главной чистюлей в семье. Фокус сместился - сегодня я отвезла детей к маме и начала планировать свою первую стратегическую маневр в игре на выживание....
Сверлим друг друга взглядами.
Между нами расстояние не больше метра, а кажется, что целая пропасть. Бездна из боли и невысказанных обид.
- Я ушел, чтобы вернуться, - произносит тихо. - Ни словом не обмолвился про развод. Люди иногда разъезжаются, чтобы подумать, осознать свои ошибки и снова стараться их исправить. Так бывает. Для того, чтобы любить друг друга не обязательно быть сросшимися близнецами. Мы оба пришли к выводу, что были не правы. Практически помирились…
- А потом ты привел в наш дом женщину, - вдруг вспоминаю.
- Лана пришла сама, в окружении моих друзей по клубу. Я всего лишь проявил гостеприимство и сделал бы так снова.
Смахиваю с глаз непроизвольную слезу, пока он продолжает тихим голосом:
- Ты заявилась сегодня с признанием в том, что целовалась с другим мужиком. Сообщив при этом, что тебе это было приятно. Мы поговорили и все обсудили. Я тебя понял, по крайней мере, постарался. Так ведут себя взрослые люди.
Резко отшатываюсь. Его слова шокируют и заставляют задуматься.
- Развестись мы бы всегда успели, Ян, - добавляет. – Аннулируй иски.
- Я не могу, - качаю головой.
Отец не простит. Всё зашло слишком далеко. Ситуация патовая. Вперед страшно, а назад уже никак.
- Ты заставляешь меня подать ответные, - грозится. – Твой отец на протяжении десяти лет вставлял мне палки в колеса. Сначала тем, что хотел вместо пяти миллионов долю в нашем бизнесе. Затем пытался выбить меня из седла, договорившись с администрацией и лишив Газснабкомплект ежегодных контрактов.
Душа скатывается в ту же пропасть. По головам пойдет? Включая мою?
- Отвези меня домой, пожалуйста, - прошу поднимаясь. - Я устала это обсуждать.
Молча одеваемся, выходим на улицу и в полнейшей тишине усаживаемся в машину. Богдан часто курит в приоткрытое окно, а я смотрю прямо перед собой.
Подъехав к дому, сложившийся вакуум в салоне, к сожалению, рушится.
В груди неимоверно колется острое разочарование. Кажется, сейчас я зайду в дом, скину с себя одежду и на меня лавиной повалятся все прожитые за вечер эмоции, в которых я непременно захлебнусь.
Я хочу, чтобы этого дня вовсе не было.
Пусть, с одной стороны, мы наконец-то поговорили и многое стало понятным. С другой - на губах все ещё чужой вкус, и я ничего не могу с собой поделать - ощущаю себя предательницей.
