Автор
В столовой неприятный тост: мясо без морковки и соленые огурцы. Невестка пытается извлечь хоть какое-то удовольствие из ситуации, но ей не удаётся скрыть грусть. Выходя на улицу, я вспоминаю заказанный салат — не тот, который ожидала невестка, а Московский, чего и сказать неловко. Маркус, внук, предлагает попробовать что-нибудь ещё, но это не Оливье. Кровь бы хлынула......
Не сейчас, а полгода, или даже год назад.
Именно тогда моя жизнь пошла под откос. Винить некого, обижаться не на кого, я сам пустил этот поезд с рельс.
Все было хорошо, так хорошо, что даже плохо. Идеальная работа, идеальная жизнь. Отпуск в любое время года, встречи с друзьями, не дожидаясь пятницы или выходных, а когда нам этого захочется. Взрослый сын. Понимающая жена. Ей даже не нужно было что-то объяснять, она все знала и так. Угадывала меня с одного только взгляда, с первого сказанного после работы «привет».
"И я заскучал. Вначале скуку разгоняла охота. Адреналин, опасность, запах крови, залп оружия – все это давало мне то, за чем я гнался на другой конец света. Эмоции! Потом, когда даже собственноручно убитый кабан перестал радовать, я решил переехать в новый дом. Другой район, другие люди, мебель и та другая – все это должно было снова вернуть мне радость жизни. Помогло. Но ненадолго. Пока не узнал о диагнозе Риты.
Я был хорошим мужем и помогал своей жене справиться с болезнью. Но потом, когда кризис миновал, понял, что не могу так дальше.
После одного особо сложного разговора с Гевой, в офисе моей фирмы вдруг появилась Эмма. Красивая, сексуальная, развратная.
У нас начался быстрый роман. Это был только секс, но зато какой... Именно в моменты, когда я засаживал в молодое, упругое тело, когда слышал стоны, когда наматывал длинные запутанные волосы на кулак, ко мне возвращалась жизнь.
Ничего больше не поменялась. Любимая работа, любимые друзья, даже жена и та любимая, только я стал другим.
Тогда казалось, это приведет меня на вершину, на мой личный Эверест.
Просчитался. И теперь стою на незнакомом перекрёстке, в тонком не по погоде пальто, без денег, без карт, без связи. Те три процента, до которых успел зарядиться айфон, тотчас сгорели на холоде, а я даже не успел никому позвонить.
Иду долго. Хлюпаю ботинками по смеси снега и грязи, смотрю не вперед, а на то как аккуратные лакированные носы покрываются чем-то коричневым. В такое же коричневое сейчас превращается моя жизнь. Значит и Эмма, и все те новшества, которые я ввел в Теплокомплексе, были не случайны. Все их придумал Саргсян, а я лох купился. Что ж, уверен, что все еще можно отыграть назад.
