Автор
Я любила его, как никто другой — до самой последней минуты перед разводом. Сообщение от мужа, выглядевшее как шутка, наполняло комнату ожиданием и надеждой на встречу. Но каждый новый скрытый фрагмент истории подчеркивал глубину боли и неожиданных оттенков любви.
— Пап, не надо, — снова резко перебила меня Роза, и я вздохнул. Когда живёшь на протяжении долгого времени с женщинами, особенно когда их несколько в комплекте, начинаешь улавливать интонации и что-то, что не сказано, но подразумевалось. Сейчас, подразумевалось, что Розе больно.
— Роз, — тихо позвал я и на светофоре поймал её руку своими пальцами. — Роз, ну зачем?
— Затем, что у меня сейчас нет времени, — выдала дочь и моргнула, а на нижнем веке проступили хрустальные слезы, Роза, поняв это, резко отвернулась и уставилась в боковое окно.
— Роза, понимаешь, есть такая ситуация, что родители всегда отвечают за своих детей.
Я старался подбирать слова максимально обтекаемо, чтобы не было каких-то триггерных точек.
— Но это не совсем правильно, когда дети берут на себя функцию родителей. Ты по-прежнему дочь, а не мать и не глава семьи. И поэтому, когда ты вдруг решаешь, что надо свою жизнь положить на алтарь семейности, то уж пусть этот алтарь будет принадлежать твоей семье. То есть тебе, мужу, твоим детям, но никак не матери с отцом.
Глава 42
Виктор
Роза ничего не ответила, только сильнее сдавила ручки своего рюкзака и тяжело вздохнула.
— Я понимаю, что я сейчас здесь как пятое колесо у телеги со своими душеспасительными разговорами…
— Ну, раз понимаешь, зачем тогда лезешь?— Спросила дочь и посмотрела на меня искоса, а я пожал плечами.
— Да потому, что говорю, это неправильно когда ребёнок выступает в роли родителя, ты не должна заботиться ни о маме, ни обо мне.
— Тебе легко сейчас говорить, — едко выдала Роза, — это не мама тебе изменила, не мама оставила тебя беременным, тебе сейчас легко говорить о том, что я не должна выступать в роли родителя, но ты понимаешь, что на протяжении двадцати пять лет брака мама, она жила тобой. Ты знаешь, как меня бесило в пятнадцать лет когда я спрашивала, можно ли я пойду с подружками погулять, можно ли я останусь у кого-то с ночёвкой, а мама всегда говорила, как решит папа, ты просто понимаешь, насколько…
Роза отвела глаза, потому что на них снова заиграли слезы, а потом все-таки, набрав полную грудь воздуха, продолжила:"
"— Ты понимаешь, насколько был для неё центром всей вселенной.
