Автор
Женщина-хирург олицетворяет чуждую упрощенную красоту. Она уверена в своей уникальности и готова бросить вызов общественным стандартам, отказавшись от развода даже по собственному согласию. Атмосфера книги — это смесь страстной ненависти к предрассудкам и надежды на то, что все изменится однажды....
Знал, что я танцую танго?
- Вы прекрасно двигаетесь, Ада.
- Возвращаю комплимент, у кого занимались?
- Всегда учился у самых лучших.
- Это заметно.
Кружит меня, хиро, мы делаем энроске — наши ноги крутятся друг вокруг друга.
- Ваш муж только что просил меня стать его адвокатом.
Мы застываем.
Здесь должно быть сальтадес — разрыв объятий — но мы заставаем намертво, прижавшись друг к другу. Танго милонгеро.
Занавес.
11.
Если вы думаете, что мне просто — вы ошибаетесь.
Я хочу выть.
И убивать.
Сделать больно, очень больно всем тем, кто.
Но разве не себе самой в первую очередь? Да, да.
«Видели глазки, что покупали, теперь ешьте, хоть повылазьте».
Не я ли сама виновата в том, во что превратилась моя жизнь?
Нет, я не имею в виду конкретно измену.
Не понимаю, всех этих разговоров о том, что в измене виноваты оба. Еще больше не понимаю, когда в измене мужика начинают винить жену.
Алё? Гараж? С какого перепугу?
Хотя иногда...
Да, да, иногда я смотрю на женщин, которые перестали быть женщинами и превратились в «яжматерей» и клуш, и понимаю их мужчин.
Но понимать, не значит оправдывать.
Что ты сделал, чтобы твоя жена не была такой? Что ты, лично, муж, сделал для жены, чтобы не превращать её в курицу, если говоришь, что она курица?
Разгрузил её, придя вечером после работы? Посидел с детьми в выходной, чтобы она могла пойти в салон? Купил её абонемент в фитнес? Нашёл няню и домработницу, чтобы жена не батрачила двадцать четыре на семь?
- После танго не стоит загружать голову, Аделаида, выпьем?
Смотрю на Крестовского.
Поворачиваюсь и вижу мужа.
Поздно метать молнии, Макар, ты вовсе не Зевс, ты... даже не герой романа.
Герман берет меня за локоть, подводит к барной стойке.
Вот так, у всех на глазах.
Впрочем, гостям уже не до нас. Они едят и пьют. Горячее принесли.
Странный какой юбилей получился. Странный.
Я думала будет хуже.
- И что вы ответили моему мужу?
- Согласился, естественно. — он протягивает меня бокал.
Хорошее название.
Я смотрю на него, не реагируя на слова. Немного неуместно, как мне кажется, упоминать сейчас любую вдову.
- Спасибо, но у нас тоже приличный набор напитков.
- Знаю, потому что за банкет отвечали вы.
Он не спрашивает, констатирует. А я делаю глоток.
- Да, отменное. Значит, согласились быть адвокатом моего мужа?
- Каюсь, согласился.
