Автор
Женщина-хирург олицетворяет чуждую упрощенную красоту. Она уверена в своей уникальности и готова бросить вызов общественным стандартам, отказавшись от развода даже по собственному согласию. Атмосфера книги — это смесь страстной ненависти к предрассудкам и надежды на то, что все изменится однажды.
— Кто ты такая? Домохозяйка стареющая с кучей комплексов? Ничего из себя не представляешь. К тебе никто не относится серьёзно! Да ты должна молчать в тряпочку и держаться за меня, пока я оставляю тебя в статусе жены! Кому ты нужна кроме меня? Думаешь, этому Крестовскому нужна? Он просто надеется с тебя бабла поиметь, а если я ему озвучу сумму, которую готов заплатить за его услуги он быстро переметнётся, забудет, как тебя звали!
Ох, мразь! Подонок! Скотина! Ла-адно! Ответочка летит."
"- Прекрасно! Мне даже жаль тебя, Макар, столько лет прожил с ничтожной иждивенкой, тунеядкой, нахлебницей. Столько лет потерял, держал возле себя старуху никчемную. И кто тебе виноват? Давай, брось её, выгони, пусть валит на все четыре стороны, да и детей еще пусть заберёт! На хрена тебе дети от такой идиотки, генофонд свой шикарный портить...
- Заткнись, дура! Хрен я тебе детей отдам! Могу запросто тебя вышвырнуть из дома, но дети мои и останутся со мной.
- Твои? Ты в этом уверен? Может, тест ДНК сделаем, а то мало ли?
- Ты... ты что, сука, говоришь?
- Я что говорю? Ты себя послушай! Себя! Ты меня, свою жену, называешь сукой и старухой! Ты, кобель, который всех сучек в округе покрыл! Ты...
Внезапно замолкаю.
Просто открываю рот, но ничего не говорю, с ужасом понимая, что опустилась сейчас до его уровня.
Жесть.
Я не хотела вот так. Не хотела.
Да и Игнатов, думаю, не хотел. На его лице тоже написана растерянность.
Мы сейчас похожи реально на самое обыкновенное быдло, без чувств и без совести.
И это мерзко.
Мне самой мерзко.
Я не хотела вот так.
Глаза закрываю, стараюсь дышать ровнее, отслеживая вдохи и выдохи.
Раз, два, три.
- Ада, прости.
Хорошо.
Это хорошо.
Сейчас этим «прости» мой Игнатов накинул себе очков.
Нет, прощать его я, конечно, не собираюсь. И не отступлю. Просто сейчас эта тихая реплика очень сильно сыграла в масть.
- Пусти. Я поеду домой.
- Он твой любовник, реально?
- Нет.
- Но будет.
- Тебе какая разница?
- Он скользкий.
- Ты зато белый и пушистый.
- Ада, я гандон, я понимаю, просто... как-то всё... закрутилось.
Закрутилось. Прекрасно.
- Так бросил бы меня и трахался бы себе спокойно. Зачем в дом тащить эту грязь?
- Бросил? Вот так просто? Дала бы ты мне себя бросить.
- Лучше бы дала.
- Неужели? Если бы всё было так легко.
- Не легко, да, Макар? — смотрю ему в лицо не моргая. — Не легко, потому что слишком много на мне оказалось завязано, да? Бизнес, акции, контракты, оффшоры.
