Автор
Женщина-хирург олицетворяет чуждую упрощенную красоту. Она уверена в своей уникальности и готова бросить вызов общественным стандартам, отказавшись от развода даже по собственному согласию. Атмосфера книги — это смесь страстной ненависти к предрассудкам и надежды на то, что все изменится однажды.
- Счастливо женаты?
Он какое-то время молчит.
- Наверное... вдовец.
- Наверное?
- Мы не были женаты, но я её любил.
- Соболезную.
- Это было давно.
- Где научились танцевать танго?
- Еще в юности занимался бальными танцами, мама таскала, ей очень нравилось.
- А вам?
- Мне сначала - нет, а потом - да.
- Почему нет и да?
- Сначала девчонки бесили, потом стали нравится. Всё просто.
- Да, жизнь вообще простая.
- Очень. Особенно если не относиться к ней как к сложному.
Мы идём по улице, молчим. Как-то нормально это вот так молчать с незнакомым мужчиной.
Вообще я, конечно, сама с себя фигею - не успела развестись, а у меня уже очередь. Ха-ха, три раза.
Филипп, который, в общем-то пока еще где-то рядом. Герман, который в общем тоже очевидно обрисовал свои намерения еще на юбилее. Теперь вот этот...
Денис. Что ему нужно?
Почему бы не спросить прямо?
- И что вам нужно от меня?
- Не знаю, может — вы?
- Вы же меня не знаете?
- Может я хочу узнать?
Интересно.
- Ну, ладно, давайте попробуем. Я Ада, Аделаида Александровна Островская, точнее пока еще Игнатова, замужем...
- Пока еще?
Киваю.
- Именно. Пока еще. Двое детей. Тридцать восемь лет.
- Хороший возраст.
Усмехаюсь.
- Да, я тоже так думаю, знаете, как говорят, в этом возрасте кто-то стал мамой, кто-то бабушкой, а у кого-то молодой любовник.
- Надеюсь, у вас молодой любовник?
- Надеетесь?
- Люблю преодолевать трудности.
- У меня пока неверный муж в анамнезе.
- Но это ненадолго, если вы пошли к Герману.
- Надеюсь, - отвечаю ему его же репликой. — Мне сейчас не до любовников.
- Неужели? Буду стараться сломать этот стереотип.
- Предлагаете вступить с вами в связь? — наверное я совсем осмелела если говорю вот так с незнакомым мужчиной.
- Предлагаю дружбу. И танго. Да, и ужин в хорошем ресторане.
Интересно. Он мне нравится.
Рядом с ним как-то... уютно. Хорошо.
Низ живота не тяжелеет, не скручивается, в трусиках не намокает. Полёт нормальный.
Просто мне хо-ро-шо.
- А я, пожалуй, соглашусь. Только... Мне тоже нужно знать о вас немного больше.
- Денис Александрович Дворжецкий. Ресторатор. Сорок восемь лет. Свободен. Есть родной сын и не родная дочь. Они уже взрослые, самостоятельные. Да, еще есть внуки от любимой женщины.
- Это как?
- У неё осталась дочь, я ей помогал после ухода матери, её детей я считаю своими внуками.
Повезло ей, этой дочери любимой женщины.
- Живу один. Наслаждаюсь, в кавычках свободой.
