Автор
Настя не знает, готовится ли она к разводу или уже сделала этот шаг. Смс-разговор с мужем о том, что Новый год проведет без него в столовой из-за долгих дебатов, рушит все иллюзии в ее голове. В этот раз она не собирается терять его, но чувствует себя потерявшейся среди бесконечных рядов салатов....
Ты же у меня терпеливая умница?
– Да. Я терпеливая.
– Значит, второго января ты получишь свой подарок.
– Хорошо, папочка.
– Мама уже подарила второй подарок?
– Да, – визжит дочка. – Она такая красивая, самая-самая красивая куколка на свете."
"– Я рад, что тебе понравилась кукла, мой ангел, – она громко зевает, и я улыбаюсь. – А теперь, ты должна ложиться спать.
– Хорошо. Спокойной ночи. Я тебя люблю.
– И я тебя люблю. Сладких снов.
В трубке слышится шорох.
– Второго? – в ее голосе разочарование. Я планировал провести Новый год с Настей и сыном, а первое с Идой и дочерью.
– Малыш, мы это обсуждали.
– Я знаю, просто… Ладно, это новогодняя ночь, и я тебя очень люблю, чтобы портить ее выяснением отношений. Не сегодня.
– Спасибо. С Новым годом, милая.
– И тебя.
– Я тебя люблю.
– А я тебя. Мне нужно идти.
– Хорошо. Мы будем ждать тебя, Игорь.
– Я буду очень скоро.
Закрыв глаза, я слышу короткие гудки в динамике.
Черт возьми.
Решительно открываю список последних контактов и уже нажимаю номер жены, как мне приходит смс от нее.
«С Новым годом, любимый.
Мы пускали фейерверки на улице. Забыла телефон».
После моей ошибки теперь, кажется, что каждое слово в ее сообщении содержит свою интонацию не самого положительного ключа.
Поэтому набираю все равно.
– Алло?
– С Новым годом, милая.
– И тебя, Игорь. Иван, – слышу, как она сразу же зовет сына. – Папа звонит.
– Папа, с Новым годом. Там были такие клевые салюты. Соседняя многоэтажка стреляла с крыши, представляешь?
– С Новым годом сынок, – перебиваю поток его восхищений.
– Да. А мы будем завтра пускать, когда ты приедешь?
– А ты бы хотел? Я планировал это сделать в доме твоей бабушки, но меня там нет, думаю, это сделали уже за меня.
– Жаль. Я бы посмотрел еще. Лизка так засмотрелась, что упала в сугроб, – дальше слышу визг племянницы, и трубку снова берет Настя.
– Значит, у вас там весело?
– О да. Очень.
Но я слышу ее голос, и в нем ни капли радости нет.
– Настен, прости, что меня нет. Умоляю, милая.
– Все… Все хорошо, я ведь уже сказала. Просто не обращай внимания, ладно?
– Я не могу. Я чувствую свою вину перед тобой и сыном.
– Вину? – голос едва слышен.
– Я очень тебя люблю, родная. Хочу, чтобы ты это знала. И обещаю, что такого больше не повториться.
– И я тебя, – ее всхлип завершает звонок.
Сижу и не могу пошевелиться, даже просто сделать вдох кажется преступлением.
– Что-то не так.
