– Позвольте помочь, – предложил он, протягивая его мне.
– Спасибо, не нужно, – ответила я, отступая на шаг. На Кавказе такие моменты требуют сдержанности, особенно в общении с незнакомыми мужчинами.
Но он не отступал.
– Пожалуйста, примите платок. Это минимум, что я могу сделать, – сказал он, избегая прямого взгляда.
Я взяла платок, чтобы закончить эту неловкую ситуацию.
– Спасибо, – произнесла я коротко, надеясь, что он не станет затягивать разговор.
– Простите ещё раз, – добавил он, слегка поклонив голову, и быстро ушёл.
Я осталась стоять на месте, глядя на белый платок в руках. Этот человек был вежлив, но в его манерах было что-то, что заставило меня задуматься. Случайность? Конечно. Но почему-то это столкновение оставило странное ощущение. Я убрала платок в сумку и направилась домой.
Дорога домой оказалась длиннее, чем обычно. Я шла и думала не только о мужчине с кофе, но и о том, как эти маленькие моменты показывают, как я изменилась. Раньше я бы, скорее всего, просто разозлилась или расстроилась.
А сейчас я чувствовала, что готова принимать такие случайности с лёгкостью.
В этот момент мне пришла в голову мысль: а не такие ли перемены и делают нас сильнее? Может быть, дело не в кофе и не в случайных встречах, а в том, как мы учимся реагировать на них. Я улыбнулась, думая о том, что в жизни всегда найдётся место для неожиданностей.
День начался спокойно. Марьям ушла в спортзал, оставив дом тихим, почти пустым. Я пытался сосредоточиться на работе, но в голове всё время крутились мысли о том, как изменилось её поведение.
Она стала другой. Более уверенной, целеустремлённой. И это… сбивало с толку.
Когда она вернулась, я сразу заметил пятно на её платье.
– Что случилось? – спросил я, откладывая телефон в сторону.
– Кофе, – коротко ответила она, снимая сумку с плеча. – На улице мужчина налетел, облил меня.
Мужчина. Эти слова почему-то вызвали у меня лёгкое раздражение.
– Ты не обожглась? – спросил я, стараясь держать голос ровным.
– Нет, всё в порядке, – ответила она, даже не взглянув на меня. Марьям прошла мимо, направляясь в спальню, чтобы переодеться.
Я остался сидеть, но в груди всё-таки зашевелилось что-то неприятное. Кто этот мужчина? Почему она так легко об этом говорит? Её спокойствие было странным. Где обычное раздражение которое присутствует в таких ситуациях?
Когда Марьям вернулась в кухню, уже переодетая, я невольно отметил, как хорошо на ней сидят вещи.
