Воздух тихо дрожал от дыхания Марьям, и я ощутил, как во мне начинает просыпаться тихое, но сильное чувство покоя.
Осторожно приподнявшись, я увидел её лицо: спокойное, чуть затенённое ещё не проснувшимися эмоциями. Волосы разметались по подушке, а губы были чуть приоткрыты, точно в безмятежной улыбке. Мне показалось, что она по-настоящему отдохнула – впервые за долгое время.
Я провёл ладонью по её волосам, убирая со лба прядку, и в этот момент она пошевелилась, словно почувствовав моё прикосновение. Её глаза медленно открылись, и я замер, утопая в этом глубоком, чуть туманном взгляде.
– Доброе утро, – тихо произнёс я, не сдерживая улыбки.
– Доброе… – её голос был ещё хрипловатым после сна, но в нём звучала тёплая близость.
Она чуть повернулась на бок, и теперь наши лица оказались совсем рядом. Я чувствовал её дыхание, а она, кажется, пыталась разглядеть в моих глазах что-то новое. Наверное, то, чего мы оба давно не видели друг в друге – лёгкость, нежность, желание быть вместе без оглядки на обиды и старые раны.
– Как ты? – спросила она негромко.
– Хорошо, – я коснулся кончиками пальцев её щеки, ощущая, как она чуть прижимается к моей руке. – Лучше, чем за весь этот год.
Она на миг прикрыла глаза, точно соглашаясь со мной. Затем приподнялась на локте, оглядела комнату и вдруг негромко хихикнула.
– Что такое? – удивился я.
– Смотри, – она кивнула на нашу одежду, разбросанную вокруг кровати, словно мы были подростками, впервые решившимися на что-то запретное. – Как же мы так быстро все поскидывали?
Я усмехнулся, тоже отметив этот беспорядок, который казался таким живым подтверждением нашей вчерашней близости.
– Кажется, нас захватило… – я наклонился к ней и коснулся губами её виска. – И, похоже, это ещё не прошло.
Она чуть улыбнулась, погладив мою щёку. В этой улыбке была такая нежность, что я почувствовал приятное покалывание внутри – чувство, которое, казалось, я давным-давно забыл.
Мы ещё немного полежали, слушая утренние звуки города. Где-то в коридоре отеля прошли люди, хлопнула чужая дверь, и в тишине стал различим шум улицы.
Но всё это было неважно, потому что в комнате существовали только мы двое.
– Адам, – вдруг произнесла она, будто вспомнив что-то важное. – Разве у тебя не должна быть встреча? Ты говорил что-то о деловых переговорах с утра.
Я приподнял бровь, стараясь припомнить, о чём шла речь. Ах да, в десять у меня был назначен разговор с партнёрами… но я даже не взглянул на телефон, а было уже далеко за девять.
