Её губы ждали меня, и я с удовольствием ощутил то самое лёгкое прикосновение, от которого внутри всё переворачивалось.
Её руки обвились вокруг моей шеи, и мы снова растворились во взаимных поцелуях и нежных касаниях. Время словно остановилось, да и зачем нам было куда-то торопиться?
– Адам, – прошептала она, когда мы на миг отстранились друг от друга. – Ты уверен, что тебе не надо бежать на встречу?
– Уверен, – я улыбнулся, коснувшись её губ моими, – мы можем побыть эгоистами и оставить весь остальной мир за дверью.
– Тогда я тоже никуда не пойду, – она сказала это с лёгкой улыбкой, и я ощутил, как внутри распускается чувство счастья, к которому мы оба давно не прикасались.
Её волосы нежно скользнули по моей щеке, когда она наклонилась, чтобы поцеловать меня в шею. Я провёл ладонью по её талии, задержался чуть выше бёдер, чувствуя, как её дыхание меняется.
– Я люблю, когда ты так делаешь, – призналась она чуть смущённо, прижимаясь крепче.
– Я тоже, – признался я.
Остаток утра мы провели, бесконечно пробуя друг друга на вкус: обменивались взглядами, улыбками, поцелуями.
Она порой смущённо отворачивалась, когда замечала, с каким нетерпением я на неё смотрю, но сама же через минуту тянулась к моим губам, будто не могла насладиться вдоволь.
В какой-то момент я понял, что головокружительно счастлив. Мне было всё равно, что телефон уже несколько раз вибрировал, напоминая о пропущенных звонках или сообщениях. Я хотел быть только здесь.
День пролетел незаметно: мы то засыпали в обнимку, то просыпались, продолжая разговор, который не успели закончить, то снова обменивались нежными прикосновениями.
Я нежился в её взгляде, она – в моих поцелуях.
Мыслей о детях, о семье, о наших прежних ссорах не было – всё это осталось в другом мире. Здесь и сейчас мы были только Адам и Марьям, мужчина и женщина, которым вдруг предоставилась возможность заново научиться друг другу доверять, чувствовать, страстно и искренне любить.
К вечеру, когда в комнату начала проникать золотая полоска закатного солнца, мы так и не вышли из номера.
И, если честно, мне не хотелось ничего менять.
Она лежала рядом, её рука покоилась на моей груди, пальцы лениво рисовали круги. Я мягко накрыл её ладонь своей, ощущая, как она прижимается ближе.
– Знаешь, – проговорила она, приглушённо зевая, – я не помню, когда в последний раз была так спокойна.
– Я тоже, – я поцеловал её в макушку, вдохнув её запах.
– Что будем делать завтра? – спросила она с лёгкой улыбкой.
