Автор
Утро начала было шокирующим — как купюра попала мне в руки и кто ее отдал. Я невольно улыбнулась, наблюдая за взрослостью девочки, но сердце колотилось сильнее при виде банкноты принадлежащей мужу. Девочка насупилась, однако ответила вызывающе: "Папа дал, это его карточка."...
А я вдруг поймала себя на странной мысли. Заведи себе Дима любовницу, я бы об этом попросту не узнала, настолько успешно он встроил присмотр за двумя детьми в свой обычный график жизни. Что уж говорить о женщине, с которой можно было встречаться раз в пару недель…
– Я не успокоюсь, пока не пойму, что Яна перестала пить. Займись хотя бы этим вопросам, и сразу миллион проблем испарится, будто их и не было, – процедила я.
Поднялась и вышла из кухни. Меня вся эта история ввела в состояние, которое угрожало перерасти в нервный срыв, но позволить себе подобного я попросту не могла.
И если Дима считал иначе, то он очень плохо знал человека, с которым прожил ни много, ни мало, а десять лет жизни.
Я никогда не рылась в телефоне мужа и считала это занятие абсолютно унизительным и для себя, и для того, кто имел право на безусловное доверие. Но сейчас, когда Дима ушел в душ, по обыкновению оставив свой мобильник на прикроватном столике, зуд в кончиках от желания изучить содержимое телефона стал нестерпимым.
Готова ли я была к тому, что могу увидеть нечто, что разрушит мою семейную жизнь? Нет. К такому, в принципе, невозможно приготовиться. Но я не могла даже мысли допустить, что являюсь еще большей дурой, чем то было на самом деле.
Пароль от мобильника я знала – в этом плане секретов друг от друга у нас с Димой не имелось. Все же решившись, я ввела цифры и, убедившись в том, что менять шифр муж не стал, открыла список исходящих и входящих звонков.
Раздел сообщений был почти пуст.
«Пап, привет! Ты ведь завтра приедешь?»
«Пап, мы очень тебя ждем! Ты приедешь?»
Это были два идентичных сообщения, оставленных без ответа, которые прислала ему Арина. Арина Д… Что означала эта самая буква? Дочь? Бррр! Аж мурашки пошли от того, что я себе представила.
