Автор
В детстве Рори воспитывалась одному папе бездомным ребенком. Теперь она взросла и уже не знает границ своих чувств после многочисленных отношений с разными мужчинами, каждый из которых оставлял на ней тяжелые шрамы. Но вспышки прошлого не уничтожают её теперешний мир – она снова нашла себя и любовь, идущую от мамы Рори, но уже взрослой, сильной и властной женщиной....
После нашего с Маратом развода и так придется подколы коллег выслушивать. Тайком, но так, чтобы я слышала, они частенько обсуждают горяченькие темы, по типу – такие, как Сабиев, верными не бывают.
И это я ещё не знаю, чем вообще дело закончилось. Вдруг муж не сдержался?!
К нам подошел друг Марата – Наиль Гимаев, и, передав меня в его руки, муж, со словами – присмотри за ней, а лучше в тачке закрой, остался разговаривать с Закировым.
О чем?! Я могу только догадываться. Хочется верить, что бизнес и хорошие отношения с Раисом Рамилевичем для него важнее слепой ярости.
– Всё лучше, чем вести себя как последняя…, – Марат стискивает зубы так, что я слышу скрежет. Того и гляди на эмали трещинки появятся.
– Кто я?! – на месте подпрыгиваю от негодования. Он это сказать собирался?! Ругаться с водителем опрометчиво, но я не выдерживаю. – Совсем, что ли, рехнулся?! Ты мне изменяешь, а шлюха у нас, значит, я?!
– Я этого не говорил! – цедит муж, не отрывая взгляда от дороги.
Рассматриваю его.
Он походит сейчас на трансформаторную станцию. Не прикасайся – убьет!
Пятьсот вольт в нескольких десятках сантиметров от меня.
Мурашки пробивают от макушки до пяток.
За что мне все это?! Скоро Новый год, неужели я настолько плохой девочкой была в этом году?
У меня даже ни одного двоечника нет! Все умнички!
Один только козел завёлся! Муж.
– Ты это подразумевал! – не пытаюсь скрыть свою реакцию.
– Если бы хотел, то назвал бы! И вот сейчас говорю – ты, Рори, дура! Неужели не понимаешь, чем могло все закончиться?! – обернувшись, он скользит по мне хмурым взглядом.
О Боже! Я и не подумала об этом! Я в шоке…
Задыхаюсь от обиды. Мы были так долго вместе… Неужели он, прожив со мной столько времени, не знает, на что я готова пойти, а на что нет?
Мысли меня не слушаются.
Пальцы рук подрагивают, я ослеплена обидой.
– А если даже и так?! – выпаливаю, не успевая подумать ни о чем.
Эй, благоразумие! Ты где вообще?!
Машина внезапно виляет. Резко вывернув руль, Марат бьет по тормозам.
Его ярость физически ощутима.
Он дает себе несколько секунд на «успокоиться», но не справляется.
