В осеннем мрачном небе здание ЗАГСа выглядело устрашающе, даже в наступившую смену погоды. Инна чувствовала себя словно один из дождевых капель, барабанивших по огромному яркому зонту. Теперешняя июльская свадьба казалась отчужденной и мрачной в сравнении с десятилетней давности, когда все радовались и грезили о будущем вместе с портами, колоннами и массивными дверями....
Инкины подруги опять о чем-то спорили, доказывая, что фотографу нужно их щелкнуть еще там, здесь и вот так. На минутку стало его жалко, но из-за него опять притащился Саша, и все сочувствие как ветром сдуло.
— Игорь, — обратился к нему, — а вот с того раза фото у тебя с собой есть? Очень интересно посмотреть, что получилось.
Парень просиял и, бросив ""Сейчас!"", полез куда-то в свои сумки. Интересно, а почему их так много?"
"— Я под утро одну тут фотку закончил, — сказа он, роясь в планшете, — там Инка ""свечку"" как раз делает.
На экране была моя эротическая фантазия и мой же инфаркт. В черно-белой обработке смотрелось нереально круто! Собранность, сдержанность и свобода в позе девушки, взгляд, устремленный в даль, мощь и грация лошади — от фотки веяло чем-то нереальным. Амазонка или царица кочевников, не меньше. Когда выполняли этот трюк, мне было больше страшно за Инну и все закончилось довольно быстро, впечатления размылись. Надо попросить скинуть мне эту фотку.
— Офигеть как круто! — восхитилась Аня. — Игорь, ты просто мастер, — с нехорошим блеском в глазах добавила она. — И только попробуй запороть мои фотки… — многозначительно так закончила.
Когда же гений от фотографии решил, что его достаточно нахвалили, и все уже отдохнули, опять прицепился к Городецкой и Саше, чтобы они выполнили двойную ""свечку"" в лучах заката. Даже притащил с собой освещение, черт знает от чего работающее. Инна вздохнула так протяжно, что без слов стало понятно, что она думает об этом, и ушла к визажисту или гримеру, кто его знает.
— Ты бы, Артем, рот на Инну не раззевал, — начал он. — Иди в своем кругу куриц охмуряй. А к ней не лезь. По-хорошему прошу. Не твоего поля ягода.
— Твоего, что ли? — спросил в ответ. Хотя так и хотелось сказать, что я ее уже… нет, даже мысленно не могу поставить трахаю и Инна рядом, что она со мной спит, а вот тебе, приятель, видать, еще ничего не обломилось. — Сами разберемся.
— Саша, шевелись. Я не брал оборудование для ночных съемок.
— Губу закатай, — бросил Саша и пошел на площадку, где уже была Инна и две лошади: уже знакомая рыжая кокеткая Майя и здоровый черный жеребец. Как мне сказали, его зовут Ворон, очень подходящее имя.
