В осеннем мрачном небе здание ЗАГСа выглядело устрашающе, даже в наступившую смену погоды. Инна чувствовала себя словно один из дождевых капель, барабанивших по огромному яркому зонту. Теперешняя июльская свадьба казалась отчужденной и мрачной в сравнении с десятилетней давности, когда все радовались и грезили о будущем вместе с портами, колоннами и массивными дверями....
— Послезавтра жду с окончательным решением.
Смартфон остался на столе в моем кабинете, и сейчас весело жужжал входящим вызовом. Абонент ""Инна"" и ее фотка на экране. Мазнул пальцем по кнопке ответа.
— Привет, — даже интонацией не показал, как рад слышать.
— Артем, у нас проблема, — голос девушки из динамика телефона звучал глухо и как-то обреченно. На грани истерики или сдерживаемых слез.
— Что случилось? Бывший нарисовался? — сердце сделало кульбит и застряло где-то в горле. Сразу почему-то решил, что весь из себя правильный адвокат решил отжать кусок пирога.
— Нет! — донеслось из трубки. — Я не знаю, как сказать. Посмотри фотку в вотсапе, — и отключилась.
Пиликнул телефон, сигнализируя о входящем сообщении. Открыл мессенджер, загрузилось фото. Обычное фото белой полоски с полосками сиреневыми по середине.
""А двойную сплошную мы все-таки пересекли"", — подумалось не к месту. — Отшлепаю и женюсь, — добавил уже вслух. — Вот же беда, а не женщина!"
"Рассмеявшись, схватил телефон и пошел обратно к отцу, параллельно набирая маму, со мной будут радоваться. И пусть Инка с родителями сама разбирается за всю нервотрепку прошедшего месяца. Поиграла во взрослую и самостоятельную девочку и хватит.
— Маааам, а у меня новость! — брови отца поползли на лоб, когда я плюхнулся в кресло перед ним.
Глава 32. Артем
— Артем, сынок, — голос матери был как-то нехорошо спокоен, — а кто из твоих…эээ, — пауза и шумный выдох, — бывших девушек нас решил осчастливить? Сразу говорю, я против брака! Сережа, что ты молчишь?
— Потому что тоже не в курсе дела. Артем, — весь вид отца не предвещал ничего хорошего, — отчитывать взрослого мужика это как-то… не школьник, в общем.
Рука-лицо как родители обо мне хорошо думают. Сейчас дофантазируются до коллективного сердечного приступа.
— Так, предки, успокоились и слушаем меня внимательно, — отец буравил взглядом, сложив руки на груди, из трубки доносились неясные шумы.
