В осеннем мрачном небе здание ЗАГСа выглядело устрашающе, даже в наступившую смену погоды. Инна чувствовала себя словно один из дождевых капель, барабанивших по огромному яркому зонту. Теперешняя июльская свадьба казалась отчужденной и мрачной в сравнении с десятилетней давности, когда все радовались и грезили о будущем вместе с портами, колоннами и массивными дверями....
Оказывается, у всех есть чувство такта, кроме недо-невесты.
— Обалдеть, то есть Инну не узнали, и что это вот все, — махнула рукой вокруг себя, — принадлежит ей, тоже не знаете?
— Маша, хватит! — зло прошипел Артем. — Твое поведение переходит все границы. Прекрати позориться.
— Ну владелица и что, с кем не бывает? — Илья присел рядом и подал бокал вина. — Все тут не рабочие-крестьяне. Особенно некоторые, — и бросил нечитаемый взгляд на Артема. — Предлагаю просто хорошо посидеть и не меряться яй… социальным положением, короче.
Возражений ни у кого не нашлось, кроме, конечно же, одной конкретной девицы:
— Можно было и в Швейцарию улететь. Что, там восстановление бы хуже проходило? — надулась блонди. Она прямо липла к мажору, пыталась кормить его практически с ложечки, подтыкивала плед, зачем-то щупала лоб. Интересно, сколько ей? Двадцать? Или больше? Явно сильно меньше тридцати, таких интересуют исключительно молоденькие куколки с сиськами и без мозгов.
Из всей компании я знаю только Троянова, и то потому, что моя фирма обслуживает загородный участок их семейства. Мать у него замечательная женщина, отец производит впечатление сурового человека, но я с ним разговарила всего-то пару раз. А вот сынок у них хам и грубиян. На одном из мероприятий Екатерина Андреевна попыталась нас познакомить, а он стоял рядом с недовольным видом и зевал, а потом выдал:
— Я пришел? Пришел! Здесь ужасно скучно, — заявил Артем матери.
Развернулся и ушел. Вот откуда я знаю эту спину. Собственно, на этом мое несостоявшееся знакомство и закончилось. Да и было бы о чем переживать.
Глава 8. Артем
Что меня подняло чуть свет, сам не знаю, но женское тело рядом раздражало, я уже привык спать один, и вот сейчас я сижу на террасе и наблюдаю рассвет. Пока еще тихо, лишь какая-то птица радостно тренькает в ожидании солнца.
