Автор
В романе "Развод. Моя (не) желанная" автор исследует границы доверия и страсти в отношениях между кошечкой Ярославой и её мужем-диким джентльменом, обещающим независимость, но вместо этого прячущим тёмные стороны своего характера. Магическое сочетание эмоций и загадок делает этот роман не просто сюжетом, но и запутанной атмосферой опасности и притягательной сладости лжи....
Ну а в старших классах и вовсе перестал замечать. Зато его не замечать было практически невозможно. Громов рос, как бы это сказать… будто и родился-то на этот свет по одной веской причине — разбивать девичьи сердца. И делал он это, если верить слухам, с завидной регулярностью.
Мы жили в странных параллельных реальностях — соседи, но будто с разных планет."
"И скажи мне тогда кто-нибудь, что вот с этим самым соседом я в итоге буду стоять под венцом, да ещё и по такому странному поводу…
— Ты объявила голодовку?
Я вздрогнула, ручка вывалилась из моей ослабевшей руки и покатилась по полу.
Я только сейчас ощутила, как затекла моя поясница.
— Ты о чём?
Громов ослабил галстук и привалился плечом к дверному проёму, с усмешкой рассматривая мой фронт работ.
— Моя экономка переживает, что ты не ешь ни черта. Вот я и пытаюсь выяснить, это демарш или просто забывчивость.
З — заботливый.
Я потянулась к валявшемуся на кресле у меня за спиной телефону и ткнула в экран. Мамочки! Да я несколько часов к ряду головы не поднимала.
— Ага, — ответил Громов, отметив мой ошарашенный вид. — Ольга Валерьевна ожидает, что мы вместе отужинаем. Ну, знаешь, как принято у нормальных семейных пар.
Я невольно поморщилась от напоминания.
— А что, на порядочность Ольги Валерьевны рассчитывать не приходится?
Он выгнул бровь, мол, ты о чём?
— Она на нас настучит, если вдруг заподозрит, что мы не совсем адекватная семейная пара?
— Ты сама у неё спроси, — бросил Громов и отлепился от дверного проёма.
— Да уж, ты дал мне это понять ещё вчера ночью, — пробормотала я ему в спину.
Но мой желудок напоминание о еде активно приветствовал, громко заурчав и отозвавшись сосущим ощущением зверского голода.
Я бросила тоскливый взгляд на книги и распечатки, вздохнула и осторожно поднялась на ноги.
Природе бессмысленно сопротивляться.
Жаль только, раньше мне эта светлая мысль не пришла в голову — теперь, как и во время завтрака, за столом придётся терпеть компанию «дорогого» супруга.
— А что за документация? — прервал он молчание, которым я вовсю пользовалась, сметая с тарелки всё, что успела туда поместить.
