Автор
В романе "Развод. Моя (не) желанная" автор исследует границы доверия и страсти в отношениях между кошечкой Ярославой и её мужем-диким джентльменом, обещающим независимость, но вместо этого прячущим тёмные стороны своего характера. Магическое сочетание эмоций и загадок делает этот роман не просто сюжетом, но и запутанной атмосферой опасности и притягательной сладости лжи....
Митина сладко сопела, прижавшись к нему щекой, а её волосы рассыпались у него по груди и плечу. И его первой реакцией после удивления было отнюдь не запротестовать и отпихнуть её от себя подальше.
И это всерьёз его обеспокоило."
"Их ночные ёрзания в кровати он в расчёт, конечно, не брал. Тогда он просто над ней потешался, провоцировал, потому что ведь знал, как эта заноза будет беситься. А ещё посчитал, что ей не повредит такая встряска, чтобы не забывала, что строить из себя полнейших незнакомцев им вообще-то сейчас противопоказано.
Но вот чего он совершенно не брал в расчёт, так это собственной реакции на происходившее. Не брал, потому что откуда бы ей взяться? Он к Митиной никогда ничего не испытывал. Ну, кроме лёгкого раздражения от её несговорчивости и привычки всё делать на свой нос.
Она была его старой знакомой — исключительно по обстоятельствам. От неё ему было нужно только одно — относительная сговорчивость длиной всего-то в несколько месяцев, пока продлится их фиктивный брак.
Всё.
Точка.
Ни в каком другом понимании она его не интересовала.
Ну, он в это искренне верил до вчерашнего вечера…
— …вообще не здесь. Я как будто со стеной говорю.
— Извини, — Яр мотнул головой, отгоняя от себя воспоминания о вчерашнем. — Спал хреново.
— Что, после визита Толи-маньяка?
Го-о-осподи, вот на чёрта он сейчас вообще о нём вспомнил? Ещё одна беда на его и без того опухшую от проблем голову.
— Да хрен с ним, с Толей, — проворчал он.
— Фига себе шизик! — Игорь поднялся из кресла и закружил по кабинету. — Если бы ты сейчас внимательно слушал, то понял бы, что списывать Плотникова со счетов не стоит.
Чёртова Митина. Из-за неё он упустил важную информацию, которой удалось разжиться Егорову.
— Ладно. Виноват. Я умудрисля все твои инсайды прослушать, — Яр прошёлся ладонью по волосам и выпустил воздух из лёгких. — Извини, брат. Башка совсем не тем занята.
— Сочувствую, — Егоров упёрся ладонями в спинку кресла и побарабанил пальцами по её глянцевой коже. — Короче, в делах он сечёт. Это нужно как следует уяснить и не впадать в тяжкий грех недооценивать своего противника.
— Скажи ещё, он вернулся на родину, когда узнал о смерти моих родителей.
— М-м-м… плюс-минус, — кивнул Егоров. — Считаешь, это могло стать причиной?
— Подозреваю.
