Автор
В романе "Развод. Моя (не) желанная" автор исследует границы доверия и страсти в отношениях между кошечкой Ярославой и её мужем-диким джентльменом, обещающим независимость, но вместо этого прячущим тёмные стороны своего характера. Магическое сочетание эмоций и загадок делает этот роман не просто сюжетом, но и запутанной атмосферой опасности и притягательной сладости лжи....
— Честно, не отказался бы.
Он наскоро принял душ и уж через полчаса жмурился от того, как приятно ныли мышцы под умелыми женскими пальцами.
— Ты — прелесть, — пробубнил он в матрас, послушно поворачивая голову под её немым указанием.
— Я знаю. Что, такой трудный день?
— Ага.
И ночь накануне. И утро.
Зато сейчас он нежился в гостеприимной постели своей настоящей женщины. А его жена понарошку наверняка занята тем, что распоряжается установить в их общей спальне раскладушку или, что вероятнее, большую софу.
В голове почему-то живо нарисовалась картинка, как Митина старательно застилает постельным установленную в спальне софу.
Свет ночника вылавливает в её волосах золотинки.
Она наклоняется, чтобы расправить свежую простынь, и в вырезе её футболки можно без труда рассмотреть…
— Ты чего? — удивлённый возглас Илоны вывел его из странного транса.
Ага, спазм. Спазм, мать его, в мозгу!
— Спасибо. Спасибо за массаж, — Яр заворочался, пытаясь подняться. — Иди сюда.
Просить её дважды не стоило.
Илона с готовностью оставила в покое его спину, и стоило ему усесться в постели, опустила глаза вниз и с удовольствием заулыбалась.
— О… так мой массаж дал нужные плоды?..
Да как сказать, Илона… Как сказать…
— Знаешь, что? — её голос охрип, а глаза зажглись жадностью.
И она с неожиданной силой толкнула его на подушки, склоняя голову к его паху.
Слова застряли у него в горле, но он и не подумал бы возражать.
В себя пришёл только когда омывшее его с головы до пят наслаждение отступило, позволив мыслям вновь зациркулировать в голове.
— Сразу заметно, соскучился, — Илона прижималась к нему, очень довольная тем, как быстро довела его до пика. Приписывала все лавры себе.
Знала бы она…
— Я уж думала, ты и не позвонишь, — в её голосе прорезалась искренняя печаль. — Думала, ты пересмотрел свои… приоритеты.
— Работы было полно, — хрипло отозвался он, размышляя совсем не о работе. — И других забот. Я и сегодня спонтанно решил.
Да, потому что думал, поможет.
Охренеть как помогло.
Всё только больше запутало.
— Яр…
— М?..
Илона заелозила пальцем у него по груди, будто поначалу не знала, как задать этот вопрос.
