Автор
В романе "Развод. Моя (не) желанная" автор исследует границы доверия и страсти в отношениях между кошечкой Ярославой и её мужем-диким джентльменом, обещающим независимость, но вместо этого прячущим тёмные стороны своего характера. Магическое сочетание эмоций и загадок делает этот роман не просто сюжетом, но и запутанной атмосферой опасности и притягательной сладости лжи....
Глава 33
Я таращилась на шагавшего мне навстречу Плотникова и первые мгновения всерьёз прикидывала, не броситься ли наутёк.
Он пугал. Он меня откровенно пугал.
Он пугал меня в школе. Пугал сейчас.
Ничего не изменилось.
— Что ты тут делаешь?
Анатолий загадочно улыбнулся, и меня в дрожь бросило от этой улыбки.
Чёрт возьми, окраина сада, глухой угол. Это тебе не подъездной участок, не парадная аллея и тем более не крыльцо — камер наблюдения тут с роду не водилось.
И именно тут, в этой слепой зоне мне приходится сталкиваться с призраком своего прошлого.
— Прогуляться решил.
— По территории чужой собственности?
Плотников становился в нескольких шагах от меня — весь из себя порядочный джентльмен в элегантном осеннем пальто и костюме, будто он в офис направился, а не на прогулку по чужому саду!
— Брось, Алина. Это же самая что ни на есть окраина. Участок скорее твой, чем Громовых, и он даже не огорожен. Помнишь, как часто мы тут отдыхали?
Отдыхали?! Да он издевается.
Как часто он сюда наведывался, чтобы застать меня одну — так куда-а-а ближе к истине. Только вот я не хотела сейчас заострять на этом внимание. Мне и без того было очень не по себе.
— Не особенно, если честно, — я перехватила садовый веник поудобнее, всерьёз готовясь при необходимости пустить его в дело. — Кажется, наши воспоминания об этом месте немного разнятся.
От внимательного Анатолия не укрылось моё исключительно негостеприимное настроение.
— Я, должно быть, тебя напугал.
— Должно быть.
— Извини. Я такой цели совсем не преследовал.
Я, может и хотела бы ответить безукоризненно вежливо. Но страх не давал мне такой возможности. Всё во мне вопило о том, что необходимо держать оборону и зорко следить за тем, чтобы мои личные границы ни на сантиметр не нарушались.
— А чего ты тогда хотел? Только не надо опять говорить о прогулках. Это чушь собачья. Ни за что не поверю.
Плотников чуть расставил ноги, сунул руки в карманы пальто и теперь смотрел на меня так, будто пытался оперативно провести переоценку. Кажется, он рассчитывал совсем на другой приём с моей стороны. Интересно, с чего бы? Я разве при нашей последней встрече подарила ему повод для оптимизма?
— Я хотел тебя видеть. Это если совсем уж начистоту. Такой ответ тебя устроит?
— Нет, не устроит, — мотнула я головой. — Он совершенно ничего не объясняет.
