Автор
В браке, казалось, всё было в порядке: спокойные дни и радостные ночи. Но когда срок терпения исчерпался, героиня предстала перед сложным выбором – решить конфликт или просто покинуть мужа. Время медленно тянулось, и героиня ощущала напряжение каждого мгновения. Кажется, всё закончится сегодня....
Вроде поругались и после такой ссоры пути назад не будет, но почему-то единственным, что я ощущала в этот момент, было облегчение. Мне не нравилось быть «той самой» для Кирилла, не нравилось ловить на себе заинтересованные мужские взгляды, не нравилось исполнять роль незавершенного гештальта.
У него есть Анечка – искренняя, любящая, терпящая всю ту орду тараканов, что жила у него в голове, прощающая то, что не каждая смогла бы простить. Он был просто обязан сделать ее счастливой, и надеюсь теперь, когда розовые очки относительно стервы-Ланы-предательницы-падкой-на-ласки-бывшего-мужа окончательно слетели, Кирилл, наконец, возьмется за ум.
Прежний мир рассыпался карточным домиком, но вместо того, чтобы нервничать, рвать волосы на голове и метаться в не прекращающейся панике, я вдруг словила необычайное умиротворение.
Всё так, как и должно быть. В очередной раз сделав крутой вираж, жизнь продолжалась, и я не бралась судить, что ждет впереди. Но откуда-то взялось ощущение, что все будет хорошо.
"Вечером того же дня мы снова встретились с Русланом. В этот раз в пентхаусе, в присутствии юристов, подготовивших документы о продаже.
Было ли мне жалко фирму? Нет.
Наверное, если бы я отдавала ее какому-то проходимцу без рода и племени, меня бы разрывало на части от такой сделки. Но я отдавала ее Руслану. Тому, кто стоял у истоков, тому кто дорожил делом и отдавался ему полностью, до того самого момента, как Кир, воспользовавшись нашими распрями, выдавил его на обочину.
Все возвращалось на свои места.
Потом настало время идти за Дариной.
Руслан был готов прямо сейчас знакомиться с ней в законной роли отца, но я попросила отсрочку:
— Дай мне пару дней на то, чтобы подготовить ребёнка.
Он был недоволен моим решением, но пошел на встречу, думая в первую очередь не о себе и своих желаниях, а о благополучии и спокойствии дочери. Я видела, как его распирало от нетерпения, как горели глаза и бешено пульсировала жилка на виске, и невольно думала о том, что он будет просто чокнутым папашей.
В сад мы приехали вместе, и пока дети собирались, Рус таращился на Дарину как тот кот из мультика с огромными глазами. Видно было, что его аж потряхивало от желания поговорить с девочкой, но я предупреждающе качала головой:
— Дай время.
— Ладно, — ворчал он, снова переключаясь на дочь, и под конец всё-таки влез с помощью, когда у нас никак не получалось застегнуть молнию.
