Автор
В браке, казалось, всё было в порядке: спокойные дни и радостные ночи. Но когда срок терпения исчерпался, героиня предстала перед сложным выбором – решить конфликт или просто покинуть мужа. Время медленно тянулось, и героиня ощущала напряжение каждого мгновения. Кажется, всё закончится сегодня....
— Твой!
— Цыц! После этого вы уезжаете: чем дальше — тем лучше. И даже не показываетесь в этом городе. На жизнь я вам дам денег, но: если ты рассчитывала на машины, квартиры и прочие блага – умерь аппетиты. Всего этого не будет.
— Но как же…
— Никак. Ты меня не интересуешь. Твои дела меня не интересуют, а желания и подавно. Мне не звони – говорить не стану. Твой номер перекину на помощника, если что-то потребуется – сначала к нему с полным обоснованием необходимости тех или иных трат.
— Ты.… — она начала задыхаться от возмущения.
— Да. Я — сволочь. Ещё претензии будут?
Она хватала воздух ртом, а я развернулся и ушел.
Мне нужно было найти Лану.
13.
МЕЛАНИЯ
На следующий день лучше не стало. Наоборот, утро добавило мучений.
Полночи я не могла сомкнуть глаз, поэтому проснулась лишь когда стрелка на часах почти доползла до десяти. Я воспользовалась предложением Кирилла сегодня не идти в офис.... Я бы и не смогла сейчас - смотреть опять на Руслана.... Это выше моих сил!
Аня и Кирилл уже ушли, оставив одну.
“Чувствуй себя как дома”.
В горле стоял колючий ком. Я чувствовала себя разбитой, несчастной и очень одинокой.
Мне было плохо.
Я всё-таки включила телефон, который отрубала, чтобы спрятаться от мужа, и тут же на меня обрушился шквал пропущенных и сообщений. Всё от мужа. Я смахнула их, не открывая – нет смысла читать оправдания и очередную ложь.
"Его номер отправился в чёрный список – самое подходящее место для предателей. Туда же улетела змея, которую я пригрела на своей груди. Любимая племяшка…
Предатели.
Мне так было больно дышать, что сводило зубы.
И именно в этот момент меня настиг звонок Леры – моей старшей сестры.
Внутри расползлось онемение, но я всё-таки поднесла телефон к уху.
— Да…
Собственный голос показался чужим. Сухой, безжизненный, никакой. Как и вся я.
Я не знала, как с ней говорить, как передать весь кошмар того, что натворила ее дочь.
— Ты что натворила?! — прокричала в трубку сестра, — Юляшу на сохранение положили. Из-за тебя!
— Из-за меня? — тупо переспросила я.
— А из-за кого ещё! Неужели нельзя было вести себя достойно и не устраивать дешевых сцен!
— Дешевых сцен? — у меня такая муть была в голове, что только и могла переспрашивать.
