Автор
Лейла чувствует себя в болоте, каждый шаг кажется невозможным, когда она ожидает ответа от сестры и мужа одновременно. Однако каждое мгновение вытягивается до ужасного напряжения, пока мир вокруг начинает разворачиваться по-другому.
Спрашиваешь, когда я стал маменькиным сыночком? А когда ты успела стать такой бессердечной? Какого черта ушла, оставив ребенка, который так привязан к тебе?! Ты же собственными глазами видела, что он даже есть без тебя отказывается!
Я поднимаю взгляд и в упор смотрю на мужа. Когда мы успели так отдалиться друг от друга? После той новости? После того, как он вышвырнул меня из дома, не дав ни единого шанса объясниться? Однозначно да. Но молчать по поводу его матери я не должна. Потому что ей плевать и на жизнь Бурака, и на жизнь Али.
«Господи, о какой совести ты вообще говоришь, Лейла? — шепчет мне внутренний голос. — Сания Экремовна беспощадна. Настроена на то, чтобы окончательно уничтожить вашу семью. А ты позволяешь ей...»
— Твоя мать схватила меня за волосы и выкинула из дома, Бурак, — огрызаюсь я. — Твоя мать, дорогой муж, соврала тебе.
— А ты — нет? — парирует он в ответ. Игнорируя все остальные слова, цепляется за последнюю фразу.
— Я не сделала ничего такого, чтобы потом жалеть, Бурак, — шепчу я, вздыхаю и смотрю на сына. — Если бы ты позволил мне все рассказать... Еще в ту ночь... Все было бы иначе. Сейчас я бы смотрела на тебя не как на чужого человека, с которым нас разделила стена недосказанности и обид, а как на любимого мужа.
В воздухе повисает напряженная пауза. Я поднимаюсь и наклоняюсь к сыну. Целую его в макушку, затем утыкаюсь носом в его шею, втягиваю исходящий от него запах. Господи, это настоящий рай — быть рядом с ним, чувствовать, как сладко он пахнет.
— Ты должна вернуться домой, — жестко чеканит Бурак. — Али без тебя не может.
