Автор
Стас вернулся домой раньше времени, но жена уже ушла на пляж. Супруги обсуждают их недавнее расстояние, когда Дашка начинает рассказывать о своих переживаниях за время отсутствия. Воздействие атмосферы накаляется, напоминая о глубоких чувствах и неожиданных перемен в отношениях....
Если Марине дать больше времени, она будет планомерно капать ему на мозги и рано или поздно прогнет в свою пользу. Как там говорят, ночная кукушка всегда дневную перекукует? Этого я допустить не могла.
— А тебе так не терпится развестись со мной? — съязвил, копируя мою интонацию.
— Да, Алексей. Не терпится! У меня планы на жизнь, в которых нет места предателям. Я очень надеюсь, что после развода наши пути больше не пересекутся.
В трубке на миг повисла тишина, потом Леша внезапно осевшим, надломленным голосом произнес:
— Лен, ну зачем ты так? Я ведь тоже переживаю.
— Бедняга. Мне тебя искренне и от всей души…не жаль.
— Мы же не враги. Я все пытаюсь сделать по-человечески.
Ага, по-человечески, как же…
Сначала передергивал на голые фотографии неизвестной девки, потом в моем же доме оттарабанил подругу дочери, затем выгнал саму дочь, доведя ее до нервного срыва. До самого основания разрушил все, что у нас было. А так да, по-человечески. Просто человек с большой буквы М.
Вслух снова ничего не сказала, только холодно провела границы:
— Мы не останемся друзьями и общаться не будем.
— Как знаешь, — после некоторой паузы, — Я пытался.
Хотелось сказать, что он может подтереться своими попытками быть хорошим после того, как повел себя как самое настоящее говно, но какой в этом смысл? Он все равно ничего не поймет, потому что окрылен новой любовью, а на все остальное ему наплевать.
— До свидания, Алешенька. Как будут новости по разводу – дай знать.
После разговора с мужем даже красивая чашечка не могла спасти от дурного настроения. Я сидела, постукивая пальцами по подлокотнику и смотрела на дождь. В голове крутились разные мысли, в основном хреновые и крайне хреновые.
Марина, конечно, молодец. Хитро придумала. Слала фоточки, показывая все, кроме самого сладенького, нагнетала, распаляя интерес и любопытство, но трусы на месте оставались. Подводила к грани, но последнюю черту не переступала, ведь в женщине всегда должна быть загадка, которую хочется разгадать.
А что, если дело не в Марине? Не только в Марине?
Может, все эти годы я была так слепа, что не замечала в Леше «тяги к прекрасному»? Вроде не дура, внимательная, замечать детали и делать правильные выводы умею, а тревожные звоночки просмотрела.
