Автор
Стас вернулся домой раньше времени, но жена уже ушла на пляж. Супруги обсуждают их недавнее расстояние, когда Дашка начинает рассказывать о своих переживаниях за время отсутствия. Воздействие атмосферы накаляется, напоминая о глубоких чувствах и неожиданных перемен в отношениях....
Без телефона…
— Марин, тебе так хочется поругаться или что? Поверь, я сегодня так сильно задолбался на работе, что у меня нет ни малейшего желания…
— Ты меня обманул, — упрямо повторила она.
Он тяжко вздохнул:
— Не обманул, а умолчал незначимые детали.
— Незначимые?
— Да. Совершенно незначимые.
— То есть для тебя ничего не значит, что я переживаю? Что мне обидно?
— Я этого не говорил, — сквозь зубы процедил Алексей.
— Твоя семья даже на порог меня не пускает, а драгоценная Леночка шныряет там как своя, милуется со всеми.
Алексей не ответил, потому что да, не нормально. И нет, он ничего не мог с эти поделать. Не принимали они его новую жену и точка. Не нужна она им была.
Марина продолжала докапываться:
— Ну и как? Пообщался с дочуркой? — в глазах полыхало дикое пламя, — как там твоя любимая Дашенька?
— Нормально, — скупо ответил он. И хотя Марина явно жаждала более развернутого ответа, продолжать не собирался, а тем рассказывать о том, каким холодом и пренебрежением встретила его родная дочь.
Так и не дождавшись его слов, Марина продолжила сама:
— А Елена как? Судя по фотографиям, ты просто полыхал от желания пообщаться со своей бывшей.
Жданова уже утомила эта нелепая перепалка:
— При чем тут вообще я и мои желания? Да и твои тоже? Это был праздник Олеси, и она имела право звать кого угодно. Они с Леной дружат уже сто лет, естественно она ее пригласила. Вне зависимости от того, хотел я этого или нет.
— Ты мог бы повлиять на это. Поговорить, намекнуть, что тебе неприятно видеть бывшую жену поблизости.
— Я еще раз повторяю. Это личное дело моей сестры. И лезть к ней со своими советами я не стану.
Марина фыркнула и отвернулась:
— Конечно, не станешь. Тебе ведь на меня плевать.
Это была манипуляция. Наглая и грубая, но сегодня Жданов был не в том настроении, чтобы что-то сглаживать, подыгрывать или делать вид, что все в порядке."
"— Разговор окончен, — строго сказал он, и Марина, обиженно вильнув стройными бедрами, ушла в дом.
Жданов снова вздохнул. С одной стороны он понимал Маринину обиду на то, что ее не принимают, а с другой – Алексея порой убивала ее зацикленность на его бывшей жене и дочери. Все, они в прошлом, чего цепляться? Он захотел быть с ней, так на фиг ковырять мозг дурацкими разговорами и претензиями?
Он не пошел за ней, решив, что помирится завтра, а сейчас ему хотелось только одного – наконец-таки нормально отдохнуть после этого выматывающего дня.
