Автор
В густых сумерках ярко мерцает экран смартфона, где мужчина разводит руками, словно пытаясь оправдать свои поступки. А за спиной издаются шепотные хихиканья — знакомые звуки брачного спора, но в совершенно необычной обстановке: на заднем сидении новенькой машины, которую они только что оформили под кредитом. Опасение и растерянность наполняют комнату так же плотно, как запах табачного дыма, скопившийся в крохотной семейном убежище....
А Сэм сам предложил, так что…
— Твою мать! — спохватывается Семен. Сует в руки стакан с ледяной водой, заставляет пить. — Давай глоточек. Ира, тише. Не захватывай. Осторожно. Ну все. Все. Иди сюда.
Вжимаюсь лицом в белоснежную рубашку, которую конечно же испорчу, выкручиваю лацканы пиджака и плачу. Реву! Глушу подвывания. От невозможности дышать, кашляю. И снова выворачиваюсь наизнанку.
— Разве так можно, Сэ-э-э-м… Я так старалась… Я так его любила-а-а-а. — Мне не стыдно. Пусть хоть он услышит и поймет мою боль. — Она… в машине….
"— Ирина, девочка моя, — гладит по голове. Обнимает крепко, покачивает как ребенка. — Детка, забудь. Мы все преодолеем, Ириш. Теперь ты со мн… — не воспринимаю толком его слова. Рада, что хотя бы могу высказаться зная, что никто не осудит. — Бля! Хотел сказать, что все теперь будет отлично. Не реви больше по нему. Поняла?
Семенов долго не отпускает. Постепенно выплакавшись, успокаиваюсь. В душе пустыня, только скрипучий песок лежит.
— Спасибо, — отхожу от мужчины. — Больше не повторится. Прости.
Он странно смотрит, но не пытаюсь анализировать посыл.
— Ира.
— Да.
— Ч-черт… Ладно… Мне пора. Увидимся позже.
Глава 9
— Хватит, — раздраженно отмахиваюсь. — Поиграли и будет.
Назойливое внимание выстегивает. Катька, конечно, девка залипательная, но не сейчас же куражиться, когда вся жизнь под откос. Ирина чурается, как чумного. Ни видеть ни слышать не желает.
Подкатывал сколько раз без толку.
— Что злой-то? — огрызается Катя. — Неделю не в себе.
Закатываю глаза. Челюсти смыкаю до хруста.
Зачем выяснения, не понимаю. Я с Иришей еще не разобрался, как эта в довесок прилетела. Неужели непонятно, что охоты нет трепаться о стороннем.
— Тебе есть разница?
— Есть. Вроде как.
Обрываю на полуслове. Она выжидательно смотрит. Не понимает моего состояния, да разве ей есть дело до дробленой души? Крутит жопой передо мной, глазками стреляет.
— Катя, есть просьба. Хватит рядом тереться и отсекать меня везде, где придется. Прекратила, сказал.
— Жена что ли ревнует? Что же раньше не предупреждал. Она подозрительная?
— Закрыли тему.
Встаю из-за стола, ясно даю понять, что пора свалить с моей территории. Виноградова качает головой не в силах поверить, что чары больше не действуют. Выпячивает губки и надувает. Хлоп-хлоп ресничками. Да блядь! Киваю на дверь, намекаю, что нужно уходить. Мне не до нее.
