Автор
В гостиной звучит музыка, поднимая тихий танец желаний. Миш, мужчина моей мечты, прижимает меня к спину, а я покорно виляю бедрами, ощущая его горячую дыхание на шее. Внутренний отклик искривляет мой ресниц, сердце прыгает в груди — все это знаки, что сегодня будет необычным вечером....
Я ее на море вывез, я ей страну показал, она при мне в хороших шмотках ходила. Если бы не я, она вместе с вами сдохла на помойке. В кромешной нищете. Я же ее из дерьма вытащил! Все ей дал! - от злости даже ладони вспотели. Как я мог просмотреть, что женушка моя та еще штучка?
Теща смотрит на меня с презрением, но молчит, она всегда молчит, когда нечего сказать. Я прав!
- Миш, я понимаю, что ты сейчас обижен, что ты злишься, и, может, Ира быстро начала в себя приходить, а не годами горевала.
Кидаю ковшик на пол, толкаю ведро с водой, все выливается под лавку. Может, на голову надеть его матушке, раз мозги уже в маразме, перестали соображать.
- Я не понял, ты вы за меня или за нее. Я для вас... - хватаюсь за дверь в сарае. Она шершавая, противная, краска на пальцах остается.
- Миш, а что ты для меня? Ну, что? - голос меняется, учитилка в ней проснулась, команды детишкам отдавать. - Я для дочери молчала, не хотела, чтобы вы из-за меня ссорились, я же не слепая. И так вижу, как ей с тобой тяжело. По любому поводу сама молчу, ее вбок толкаю, чтобы не было ругани. А сейчас, зачем мне эти углы сглаживать. Дочь моя наконец от груза освободилась. Я не хотела, чтобы вы расходились, как дура, за лишние шторы да дорогую посуду держалась.
"Смотрю на тещу и не понимаю, это она сейчас так нелепо шутит, но сегодня не первое апреля. Поправляет платок, шмыгает носом - деревенская баба, так и не научилась нормальным манерам, а еще была учительницей всю жизнь.
Со всей дури толкаю дверь, думаю, как бахнет на всю деревню. Не закрывается, натоптанная земля мешает.
- Ах, ты так теперь заговорила? Ну, мать! А еще месяц назад ты ставила меня в пример другим, своему сыночку-алкоголику, например.
