— Хорошо, но этого недостаточно для настоящего пожара, — ответил Даньян чуть громче прежнего. Мы без проблем покинули дворец и вошли в безлюдную часть сада. — Есть что-то ещё?
— Да, — подтвердил шпион, уже не скрывая своего отношения к Лиаму. Видимо, у парня имелись какие-то личные счёты к моему бывшему мужу. Иначе он бы не позволил себе продолжить с нотками яда в голосе: — Как раз сейчас разгорается уже внутренний скандал. Никто из нас лично не присутствовал при этом, но как удалось выяснить, после случая с послом, король поспешил покинуть зал, чтобы узнать, где сейчас…, — тут лис замешкал, подбирая обращение, и в итоге ввернул, — ваша леди, а за ним последовала его фаворитка. Подробных сведений о произошедшем у нас нет, но мы точно знаем, что король отвесил своей любовнице пощёчину. Это увидело несколько приближённых аристократов во главе с отцом леди Валестины. Естественно это вызвало шквал недовольства.
Кажется, после таких новостей мы с Даньяном одинаково удивились.
— Надо же, не думал, что он на такое способен, — начал было Даньян, но потом спохватился, обеспокоенно посмотрел на меня и сказал: — Адри, неужели он…?"
"— Нет, на меня Лиам никогда не поднимал руку, — поспешила успокоить своего мужчину, а затем озадачено добавила: — Даже странно сейчас слышать о подобном.
Украдкой, как он думал, выдохнув, Даньян предположил:
— Скорее всего, наша шалость удалась даже лучше, чем ожидалось — получившегося толчка хватило, чтобы истинная сущность короля самую малость проявила себя. Говорил же, в этом слизняке благородство напускное. Или скорее умело взращенное.
А вот с этим я и не подумаю спорить. Достаточно только вспомнить бывшую королеву Илруна, как в такое утверждение очень даже верилось. Розанна Мудрая была великодушной правительницей, умеющей держать всех в ежовых рукавицах. Вполне возможно мать прекрасно видела истинное нутро своего сына и с малых лет пыталась привить ему всё необходимое, чтобы он мог обмануть не только всех вокруг, но и себя самого. А когда королевы Розанны не стало, Лиам обрёл свободу, подкрепленную всеобъемлющей властью.
Снова ощутив дрожь от осознания — какой опасный монстр был подле меня столько лет, неосознанно прижалась плотнее к Даньяну. Сразу стало спокойнее.
— Леди Эрхард сильно пострадала? — спросила я напрямую у лиса, выбросив из головы размышления на всё ещё больную для меня тему.
— Нет, физически она едва ли испытала настоящую боль. Леди Валестина оказалась скорее ошарашена и унижена, — ответил шпион, пока Даньян над чем-то размышлял.
— Чудно, — без капли сострадания произнесла я. — Буду считать, что Лиам вернул ей часть моего долга.
— Она посмела ударить тебя? — тут же отвлекся от своих мыслей Даньян, и его пришлось снова успокаивать.