Развод по-королевски: В зале царит натянутая тишина, разрыв которой прорезает лишь громкий голос королевы. Она заявляет о своем решении отречься от прав на трон и отказаться от всего личного имущества. Лорд Эрхард пытается восстановить спокойствие, но атмосфера загадочна и напряженна, будто сам дворец дышит затащенной тайной....
Ничуть не разочаровавшись ответу, или, может, лишь сделав такой вид, Даньян снова откинулся на спинку кресла и довольно сказал:
— Договорились.
Что ж, раз так, тогда можно считать удачное начало положено. Как бы я не относилась к этому охотнику за даром (хотя, когда теперь пелена с моих глаз упала, Лиам казался ничуть не лучше его), он не последний человек Росдона. А что ни говори, а власть может победить только другая власть. Лишённый всех прав человек тут словно лист на ветру.
К тому же до меня часто доходили слухи о его вполне себе благородных принципах, а так же верности данному слову.
На моё счастье у сидящего передо мной человека всего хватало с лихвой.
Глава 14
* * *Даньян Рагваргский
На удивление с Адри оказалось легко договориться. Видимо сейчас её разум слишком поглотила идея о том, как можно жёстче отомстить своему бывшему мужу и потому она готова была пойти не только на любой риск, но и против принципов своей семьи. Уверен, в другой ситуации и в другом месте она скорее заморозила бы меня холодом своих лиловых глаз, чем поделилась даром.
Насколько я знал, её покойный отец хоть и был любящим родителем, но очень строго относился к воспитанию своих детей. Тем более если дело касалось секретов Аджарди, а также жизней будущих наследников. Достаточно было вспомнить о том, в какую ярость он пришёл при нашей действительно первой и общей встрече. Как утверждали мои надёжные источники, в тот день произошёл единственный раз, когда лорд Аджарди… ударил Адри — так сильно его напугало безрассудство дочери.
Это случилось больше десяти лет назад.
Тогда я был глупым юнцом, жаждущим странствий и битв, побед и поражений, и собирал острые ощущения словно занозы на ладонях после тренировок. Моё не поддающиеся контролю безрассудство длилось ровно до момента, пока мой небольшой отряд (одного меня, естественно, никто не отпустил за пределы родных земель) не наткнулся в лесу на разъярённую виверну.
