Автор
В окружении скандала и насмешек, героиня оказывается внезапно перемещенной в мир, где каждый день несет новый вызов — она вынуждена стать женой военного с легендарной фамилией. Словно из другого мира приходит попаданка, которая будет наслаждаться и переживать невероятные приключения, умоляя себя помнить: это всего лишь игра, даже если всё кажется реальным....
Не поверила своим глазам.
— Стой, не надо…
— Ты дала мне дар. Пора вернуть его тебе. Живи. Слышишь?
Гром стал сильнее, молнии били всё чаще. Я подняла глаза к небу. И что-то подсказало мне, что боги не против всего этого.
Целители окружили Тьму. Стали залечивать раны. Тело её выгнулось дугой, хрустнул позвоночник.
— Лена… найди Риту… — прошептала она, затихая, не подавая признаков жизни.
А я… отдала свою тьму.
Больше я не могла видеть Одержимых.
Аданат поднял меня и сжал в объятиях.
— Неужели она умерла? Она ведь так много сделала для нас… Это не справедливо.
И тогда молния ударила прямо в грудь Тьмы, и та распахнула глаза. Все отпрянули от нее.
Её волосы стали белеть на глазах, стали седыми. А глаза — почти прозрачными.
Я упала на колени перед ней.
— Как ты?
Она моргнула и привстала. Осматривая всех, прошептала:
— Кто вы?
— Ты… ты не помнишь нас? — спросила я.
— Нет. Где я? — её голос был слабым и растерянным.
А я расплакалась. Тихо, хрипло. И обняла девушку, крепко прижав к себе. Подняла взгляд к небу, где прекратились молнии, и ослепительно засветило солнце.
Боги услышали меня.
В жизнь живых этого мира они не могли вмешиваться. Но они смогли отблагодарить Тьму — потому что душа этого существа не принадлежала этому миру. И они подарили ей новую жизнь."
"А еще осталось найти… некую Риту. И судя по имени, она — землянка.
Все воины Аданата переглядывались. Пока ещё никто не мог поверить, что сражение, длинною в сто лет окончено. Аданат поднял клинок вверх и вскоре тишину над полем боя оглушили ликующие крики.
Воины кричали и прикладывали кулак к плечу — в память о погибших, в память о тех, кто больше не увидит ни неба, ни мира после этой войны… но если бы не они, то и мира не было уже давно.
О них будет вечная память.
Я займусь тем, чтобы имя каждого воина, павшего в этой войне, было увековечено на чёрном обсидиане. Их будет так много, что черное «море» станет белым.
А еще каждый год, в один и тот же день, здесь всё будет усыпано красными цветами.
Точно так же, как это происходило в моём родном мире, в моей стране.
Ведь я точно знаю, чем всё может закончиться, если эту память потерять.
Потому в Драгаре будут помнить.
И никогда не забудут.
