Автор
В пестром зале баров за пятым столиком царило беспорядочное веселье свиней с распотыренными мозгами и полным подбородком. Крошками усеянная посуда, грязные стаканчики и сироп на полу лишь подчеркивали их неуместность здесь. Я прихлопываю посуду, пытаясь вытереть крошки, когда внезапно вспоминаю о Кате: она так неожиданно сломала ногу и теперь мне придется самой забрать ее....
Дверь резко отворяется, в комнату влетают двое головорезов, третий, который охранял нас, стоит позади них.
– Куда ты его дела? – Мужчина угрожающе приближается ко мне, его громкий голос пугает Ярика, и тот начинает хныкать.
– Что? О чем вы? – смотрю на них с недоумением, отступая назад и прижимая к груди ребенка.
– Телефон? Или в чем ты там копалась? – ошарашивает меня похититель, и мои глаза расширяются от удивления. – Не прикидывайся дурой! – рявкает он.
Второй похититель подходит к кровати, безошибочно угадывая место, где я оставила часы.
– Ты связывалась с кем-то? Отвечай! – хватает меня за руку он.
Пальцы больно впиваются в кожу, наверняка останутся синяки. Я испуганно хлопаю глазами. Меня пугает оружие, торчащее из-под майки, и то, как он смотрит на меня.
– Нет, они разряжены! Разряжены! Даже не включились! – почти не вру я, а сама чувствую, как по щекам скатываются дорожки слез. Отчаяние и безысходность – единственное, что чувствую в этот момент.
До этого у меня была глупая надежда найти где-то зарядку, а теперь и ее нет.
– Молот, проверь, девка правду говорит или нет. Если они рабочие, то место засвечено и нужно убираться отсюда.
Меня прошибает холодный пот. Спиной упираюсь в стену. Пути отхода больше нет.
Шрам, так я окрестила их главного, выжидающе смотрит на Молота, пока тот пытается оживить часы.
– Мертвые. Скорее всего, сломаны, на экране трещина, и малый хорошо их пожевал.
Мое сердце перестаёт биться так, словно я пробежала марафон.
– Вынеси их отсюда все равно, а тому, кто проглядел их в куче памперсов, сегодня влетит, – косится он на третьего, того, который в моем похищении не участвовал и был уже здесь, когда мы прибыли.
– Но это детская безделушка, Омар, – начинает спорить парень, но достаточно лишь одного предупреждающего взгляда Шрама, чтобы тот заткнулся.
– А ты, – оборачивается он ко мне, – ещё один фокус – и окажешься привязанной к стулу и с кляпом во рту. Поняла?
– Угу, – киваю в ответ, перепугавшись до чертиков. Ярик ревет уже вовсю.
– А если вдруг решишь сгеройствовать, помни, что в комнате установлена камера и мы следим за тобой.
А это уже плохо.
За бандитами закрывается дверь, и в комнате снова становится просторно.
– Ну все, малыш, плохие дяди ушли. Твой папочка нас скоро вытащит отсюда. Он ведь у тебя настоящий супергерой. Не даст нас в обиду, – не знаю, кого успокаиваю больше этими словами, Ярика или себя.
Я стараюсь чем-то занять мысли, не думать о происходящем.
