Автор
В глухой деревне, запертый в своем одиночестве изощренный мозг не давал покоя. Встреча с загадочным Яром разрушила тишину и пробудила мысли о настоящей жизни и людях. Однако бег по лесам стал незаменимым спасением от иллюзий и фанатичных теорий, что безопасность в уединении — лишь призрачная надежда....
— И ещё ты просила вот это, — и он выудил из серванта коробку с таблеткой для экстренной контрацепции.
— Мы немного опоздали с этим, — взяла я из его рук пачку."
"— Не будешь пить? — хрипло поинтересовался он.
— Выпью.
— Пей, — выцвел его голос. — А дальше я буду использовать резинки.
— Надеюсь, их больше, чем шоколадок, — улыбнулась я, и Верес поддался эмоциям, улыбаясь в ответ. Его взгляд снова просветлел.
Только тут Питер за окном тревожно гавкнул, и он подобрался.
— Сиди, — приказал тихо, быстро оделся и, подойдя к двери, прислушался.
— Верес… — отчаянно позвала я, задыхаясь от ужаса.
Как же быстро меня отбрасывало в прошлые страхи. Показалось, что запахло больницей и вонючей камерой-одиночкой, а по коже прошел озноб от несуществующего холода.
— Это свои, — вдруг сообщил Верес и толкнул двери на улицу.
***Я вышел из дома и бросил взгляд на Питера. Он поглядывал на меня от края участка и вилял хвостом. Вот как? Спустившись с крыльца, я прислушался и повел носом. Отсюда до места, где можно бросить машину, пять километров.
— Кто там? — тихо спросил я у Питера, нежно потрепав его по голове. — Свои, да?
Он тихо проворчал, подтверждая.
— Ладно, подождем. Ты встреть гостя, а я пойду чайник поставлю, ладно?
Когда я вернулся, Надя уже оделась.
— Что там? — спросила нетерпеливо, зябко ежась.
— Не волнуйся. Это кто-то свой.
— А много вариантов?
— Два. Либо Горький, либо Ярослав Князев. Горький знал, что на тебе есть маячок, либо использовал мой. А Яр просто знает, где меня найти, если я не выхожу на связь.
— Просто это может значить, что что-то случилось, — тревожно выдохнула она, а с улицы донесся предупреждающий лай Питера.
Надя сжалась, а я глянул в окно и опешил.
Оба варианта оказались на пороге моего дома. И не только…
— Ух ты! — улыбнулась Лара, робко глядя через порог. — Вера, привет!
— Привет, Лара, проходи, — улыбнулся я и притянул к себе Надю. — Лара, это Надя. Надя, это Лара, жена Ярослава.
Девушки улыбнулись друг другу, и я выпустил Надю, спеша помочь Ларе с рюкзаком.
— Вера, привет!
— Привет, — качал я головой, улыбаясь. — Что вы там такое тащите, что ты даже женщину свою нагрузил?
— Я предлагал навьючить Горького в медведе, но Лара сжалилась над ним…
— Я просто ещё не видела медведей, да и мокро в лесу, — пожала плечами Лара, улыбаясь. — Жалко было заставлять Давида мокнуть…
Успокоительная терапия для Нади подоспела в полном составе.
