Автор
В глухой деревне, запертый в своем одиночестве изощренный мозг не давал покоя. Встреча с загадочным Яром разрушила тишину и пробудила мысли о настоящей жизни и людях. Однако бег по лесам стал незаменимым спасением от иллюзий и фанатичных теорий, что безопасность в уединении — лишь призрачная надежда....
— Простите…
Он помолчал, опустив взгляд, и только тут я заметила, как он постарел за эти дни. И с тростью почти не расстается.
— Надеюсь, ты останешься, — бросил он напоследок и направился к двери, но тут же обернулся, усмехаясь. — Хотя, «муж и жена — одна сатана» и всё такое. Ты подумай…
— Подумаю.
— Я буду рад, если останешься.
Когда его шаги стихли в коридоре, я опустила взгляд на мобильный. На экране снова загорелись обрывки сообщений Славы.
— Прощай, Слава, — прошептала я и очистила папку входящих.
Ларе я сообщила, что с нами, кажется, все будет в порядке, а потом позвонила Саше…
Эпилог"
"Я украдкой бросила на Бесовецкого взгляд, помешивая омлет в сковородке.
Мы решили жить в той самой квартире, которую снял Бесовецкий в старом районе. Она мне действительно очень понравилась, а кухня здесь была вне всяких похвал, и я с упоением готовила на ней завтраки каждое утро.
— Ну и какие твои прогнозы? — поинтересовался он хрипло, всё ещё стоя в проеме кухни. А я уже решила, что мой диагностический взгляд остался незамеченным.
Бесовецкий заявился из душа в одних штанах, сложив руки в карманы. От него пахло цитрусовым гелем, и я непроизвольно сглотнула. Знает же, что неотразим.
— Что? — обернулась я, стараясь успокоить тяжелое дыхание.
От его голоса по телу прошлась волна мурашек, и я поджала пальцы на ногах. А от понимания, что он все чувствует, щеки вспыхнули.
— Я не безнадежен? — усмехнулся он довольно, глядя на меня оценивающе.
— Перестань это делать со мной, — проворчала я, отворачиваясь. — Хотя бы пока я завтрак готовлю.
— Что делать? — поинтересовался он невинно.
— Ты меня заводишь и знаешь об этом. А на курсах обещали, что после медового месяца станет легче.
— Врут. — И он оттолкнулся от двери и собрался подойти, но я выставила руку:
— Не двигайся и молчи, иначе мы не позавтракаем сегодня…
— Я просто хотел помешать омлет, а то он горит, — хищно оскалился Верес.
— Чёрт! — засуетилась я, выключая печку.
И потеряла бдительность...
Через минуту омлет сгорел окончательно, но нам обоим было не до него. Мы были заняты тем, чтобы отвоевать у обычного будничного утра ещё немного ночных страстей, прежде чем разъехаться по разным концам города.
Все же хорошо, что мы не работаем с Бесовецким вместе. Я бы не смогла думать о работе в его присутствии ещё долго. А так... пострадал пока что лишь омлет.
