Автор
В глухой деревне, запертый в своем одиночестве изощренный мозг не давал покоя. Встреча с загадочным Яром разрушила тишину и пробудила мысли о настоящей жизни и людях. Однако бег по лесам стал незаменимым спасением от иллюзий и фанатичных теорий, что безопасность в уединении — лишь призрачная надежда....
Он давит ровно на столько, сколько свободы дает потом, чтобы пришла в себя и вышла из отчаяния. До следующего раза. Как на поводке держит — то дернет к ноге, то отпустит побегать.
Наревевшись, я поднялась и на негнущихся ногах направилась к раковине. Все как всегда — прохладное мокрое полотенце сняло воспаление с лица, макияж скрыл оставшиеся следы слез и усталости, и уже через полчаса я безразлично пялилась на город через окно автомобиля…
***Питер уснул перед камином на диване, а я все пялился на огонь, размышляя.
По всему — нужно было бежать. Складывать быстро рюкзак и сваливать в ночь. У меня было несколько точек приткновения в Подмосковье. Старые заброшенные дома или дачные небольшие домики — идеальнео место укрытия. Но теперь речь о ближнем радиусе не идет. Нужно уезжать на Север.
Что бы ни говорил Горький, это решение всегда оправдывало себя в перспективе. Оно давало мне время пожить на свободе. Но это неизменно тянуло за собой много тяжелых моментов — поиск жилья, обеспечение его безопасности, обустройство, привыкание, разведывание отходных путей и затирание старых следов.
Только я устал.
Настолько, что снова захотелось обернуться к страху лицом и сдаться.
Только такие желания меня одолевали не впервые. Но на этот раз во мне будто что-то сломалось. Я тяготел к самоуничтожению. Согласиться на предложение Горького и довериться — верняк.
Я медленно растянул губы в кривой усмешке.
А потом вдруг вспомнил последний взгляд Надежды, прежде чем она исчезла в кабинете своего руководства.
Надежда… имя-то какое…
Довериться людям?
Нет. Доверять я никому не буду.
Вытащив мобильник из кармана, я набрал сообщение человеку:
«Я согласен на ваше предложение».
Прошло меньше минуты, прежде чем я получил ответ.
«Вы не пожалеете, Верес Олегович. За вами приехать?»
«Я сам приеду».
***— Ты отлично выглядишь, — снисходительно улыбнулся Слава, беря меня за руку.
— Давай без этого лицемерия? — закатила я глаза и вырвала руку из его. — Ты не оставил выбора. Надолго тут это все у тебя?
Он повел меня вверх по ступеням к пафосному зданию какого-то ресторана. Я смотрела под ноги, не интересуясь обстановкой вовсе. Все, чего мне хотелось — побыстрее уйти.
— Я надеялся, что мы сможем посидеть где-нибудь после…
— Я устала.
