Автор
В глухой деревне, запертый в своем одиночестве изощренный мозг не давал покоя. Встреча с загадочным Яром разрушила тишину и пробудила мысли о настоящей жизни и людях. Однако бег по лесам стал незаменимым спасением от иллюзий и фанатичных теорий, что безопасность в уединении — лишь призрачная надежда....
Сейчас я могу только обрисовать ей границы новых договоренностей и зависимостей, не оставив по сути выбора.
Надя зашевелилась и хрипло застонала, поворачиваясь на спину.
— Ты как? — спросил я, убирая мобильник.
Как же хотелось потянуть со всеми разборками и разговорами…
— Кажется, я не встану, — прошептала она с усмешкой. — Что это было вчера?
И такой она выглядела по-особому уютной, что даже эта безликая комната показался мне лучшим местом, в котором можно оказаться. Надя была растрепанная, сонная, сияющая… Я еле вспомнил, что она спросила.
— Много всего было…
— Мне никогда ещё не хотелось без остановки два часа подряд, — прошептала она с улыбкой. — Может, это какая-то твоя особенность — вызывать такое желание?
— Нет. К особенностям относится только то, что я хотел тебя без остановки. Заставить кого-то хотеть меня в ответ я не могу.
— Совсем ничего не можешь? — с интересом посмотрела на меня она, подпирая голову рукой.
— С нами женщинам нравится больше, — нехотя сообщил я. — У оборотней нет своих самок, и природой всё направлено на то, чтобы покорить избранницу как можно быстрее.
— Вот как? — удивленно протянула она. — Ты покорил. И вымотал.
Она снова опустилась на кровать и сыто улыбнулась, томно потягиваясь. Я слабо усмехнулся, раздумывая, можно ли мне ее прибрать к своим лапам. Очень уж хотелось обнять её, присвоить это утро себе полностью и не спешить. Но я не позволил себе этого. Протер лицо и сел в кровати, бросая взгляд в окно.
— Голодна?
— Да.
— Что любишь на завтрак?
— Блинчики со сгущенкой.
Я поднялся, боковым зрением оценивая состояние Нади. Она села и обняла колени, собираясь в комок. Взгляд ее устремился при этом в окно, а кожа пошла мурашками.
— Замерзла? — поинтересовался я не глядя.
— Немного.
— Врешь мне…
— Зачем спрашиваешь тогда?
— Не знаю. — Я отвернулся, схватил футболку и рывком натянул ее на тело.
Напряжение било по рукам. Я не знал, как себя с ней вести, чтобы не отпустить, чтобы она не ушла. Но выходило какое-то отстраненное равнодушие.
Спустившись в кафетерий, я направился к стойке, нервничая все больше. Отсюда не видно холла, и если Надя надумает сбежать…
— Здравствуйте, — меланхолично поприветствовали меня от кассы. — Что будете?
— Блины со сгущенкой есть?
— Есть. Кофе?
— Да.
— Большой?
Что ж так бесит все?
— Два обычных капучино, пожалуйста, — процедил.
Надя вряд ли даст деру.
