Автор
В кабинете директора, где недавно отпраздновали десятилетний юбилей компании «Топ-Инвест», коробка с подарком напоминает о нелепой ошибке. Мужчина в смутной улыбке принимает поздравления, а ты стоишь на цыпочках, пряча жестокую правду в подарочном упаковке.
Мне хотелось броситься на Каретина и выцарапать ему глаза, а потом отдать его труп таксидермистам и попросить сделать из него чучело!
Но я сдержала праведный гнев.
Я же пришла изображать дурочку, которая смирилась с положением дел.
— Что ж… Начну искать. Вот только я не захватила ничего, чтобы сложить вещи.
— Думаю, в доме найдется коробка, — покосился на часы Каретин.
— Если ты спешишь, то я не стану тебя задерживать. Можешь оставить меня здесь, я вызову такси.
— Оставить тебя одну?
— Эммм.… А что не так? Дом пустой и старый, здесь одно барахло.
И да, пожалуй, это было бы лучше, чем позволить ЕМУ продавать МОЙ дом. Доставшийся МНЕ от родителей…
Наверняка все родственники сейчас злы на меня или считают дурой: связалась с мужчиной, который присвоил себе все!
Или просто им плевать: продают дом и продают, какая разница, верно?
— У меня идея получше. Ты укладываешься в отведенное время и потом мы больше не пересекаемся, — заявляет Илья.
Пришлось взять коробку из кладовки.
***
Каретин ходил за мной по пятам и стало ясно, что я не смогу взять ничего сверх того, о чем попросила. Он просто не позволит!
— А где клюшка для гольфа? — спросила я, оглядываясь в кабинете отца. — Она стояла вот здесь. На видном месте.
— Хммм.… Не знаю. Это так важно?
— Она дорога мне как память. Папа учил меня ею играть… Я бы хотела ее забрать.
— Выкинули, может быть? Ира, время.
— Можно я посмотрю ещё немного? Маленькое одолжение для бывшей…
Он закатил глаза.
— Илья, будь человеком! Ты же сам лишился родителей и понимаешь, как важна память. Помнишь, как тяжело тебе было, когда ты отправил отца в последний путь?
Каретин поджал губы. Когда сначала умерла его мать, а через год и отец, он плакал, как мальчишка, у меня на коленях. И если бы не я, он бы не нашел в себе силы даже бросить горсть земли на гроб.
Кое-что человеческое в нем все же осталось, и я настойчиво пыталась достучаться до этой капельки.
— Может быть, у тебя найдется свободная минутка завтра или послезавтра?
Он помолчал и вдруг спросил:
— Завтра или послезавтра? В чем дело, Ира…
Взгляд бывшего скользнул по мне, загорелся неожиданно.
— Ты.… назначаешь мне свидание? — спросил он игриво. — Вспомнить былое решила?
— Что? Нет… И в мыслях не было!
— А я думаю, так и есть, — Каретин сложил руки под грудью и посмотрел на меня свысока.
