Автор
Когда Алексей нашел записку на столе снимки и сообщение, его сердце замерло. Он уехал за город по просьбе жены, но теперь выясняет, что она оставила ему нечто особенное - фотографии, на которых он видится с неизвестным мальчиком. Взрывная атмосфера раскаяния и разрыва наполняла пространство между ними, заставляя Алексея задуматься о своем поведении и предательстве....
А что потом? Улетит к своей любовнице? Вот так вот просто?
– Что ты наговорил Даше? А? Я тебя спрашиваю! И скажи спасибо, что треснула не скалкой за то, что ты провернул с Люсей!"
"Мои слова, произнесенные тоном, в котором проскользнули нотки истерики, достигли цели. Алексей сделал глубокий вдох и, отложив полотенце, вернулся на кровать, чтобы устроиться на ее краю.
– Арина, мне жаль, что ты узнала о моей второй семье вот так, – развел он руками. – Но я даже рад, что кто-то прислал тебе эти фотки. Кстати, ты не выясняла, кто именно это был?
Он задал тот вопрос, ответ на который вообще ничего не решал.
– Не вижу никакой разницы. Кто бы это ни был – спасибо ему! – отчеканила в ответ.
– Я и сам бы тебе все рассказал. Я больше не люблю тебя, Арина. У меня есть Нина, я хочу, чтобы она стала моей женой. В этой… командировке я планировал сделать ей предложение.
Каждое слово, произнесенное Ковалевым, было безжалостным и жестоким. Но так, наверно, было лучше прежде всего для меня.
– Ты сказал это Даше? – хрипло выдохнула я.
Алексей опустил взгляд. Он мог даже не отвечать, все было ясно и так.
– Не все, конечно. Но признался, что у меня есть другая. Знаешь, очень тяжело было это скрывать, когда твои родственнички выкрикивали про Нину от двери, – хмыкнул он.
Я потерянно опустилась на стул. Маленькая моя Даша… Что же ей довелось пережить… Самое меньшее, что стоит сделать в отместку – отлупить Ковалева так, чтобы он забыл, как его зовут. Но что это решит? Он сделал свой выбор, он хотел другую и улетал к ней.
– Ну, все, что я могу тебе сказать, Ковалев… ты эгоистичная сволочь. Убирайся вон и забудь сюда дорогу, – проговорила я тихо.
– Вообще-то, здесь живут мои дети! – тут же вскинулся он. – Я имею полное право с ними видеться.
А вот это он сказал зря. Если до сего момента я ощущала лишь пустоту и какое-то невыносимое разочарование в том, что моя семейная жизнь в итоге потерпела крах, то когда этот козел заговорил о детях, меня аж подбросило на эмоциях.
– Убирайся! Пошел ко всем чертям! – закричала я, подлетев к Ковалеву.
Стала лупить его руками, пытаясь попасть хоть по каким-то частям тела. Он уворачивался, отступал, один раз даже отбил удар, шибанув меня по руке. И, видимо, сам испугавшись того, что случилось, ретировался в ванную.
– Открой немедленно! – замолотила я кулаками в дверь, которую Алексей за собой запер.
