А наркоз он получит только завтра…
— Хорошо, — равнодушно отозвался я, не двигаясь.
— Мать твою, Яр! — И Лев стукнул по столу. — Хватит уже всем нервы делать! Тебе удовольствие доставляет?!
— Завтра посмотрим, какое удовольствие нас ждет.
— Что заставляет тебя думать о неудаче? — серьезно спросил Алан. — Объясни, будь добр.
— У меня операция сейчас. После я приду к тебе с Ларой, подготовь все, чтобы она уехала отсюда в последний раз. А потом я объясню, что меня смущает. — Лев начала набирать воздуха в грудь, но не успел возмутиться. — Для фактов мне нужна динамика показателей донора. К вечеру данных будет достаточно.
— Лара увольняется? — усмехнулся вдруг Лев. — Или ты ее увольняешь за то, что она тебя на ординатора променяла?
Я повернул к нему голову, не успевая взять под контроль интерес моей зверюги, и та сдала меня Льву с потрохами.
— Ты не знал? — оскалился он победно. — Их в душевой застукали.
— И ты доверяешь ему вопросы безопасности? — брезгливо поморщился я, переводя взгляд на Алана. — Понятно все с вами.
Я поднялся и направился из кабинета, но Лев не отставал:
— Ты ее хочешь, Яр. На черта увольняешь? — И он опрометчиво сделал шаг мне наперерез…
Я осознал себя, когда правая рука загудела, а Лев рухнул мне под ноги, хватаясь за нос.
— А ну стоять! — кинулся к нам Алан. — Держите себя в руках!
Лев кое-как выпрямился, и теперь тряс головой, гневно сопя.
— Лара научила? — прогнусавил он, растягивая разбитые губы. — Ты — идиот, Князев. Тебя от нее штырит, но ты себя считаешь таким великомучеником, что скоро светиться начнешь. Не до жизни тебе, да?
Он поднялся, сплюнул мне кровь под ноги и вышел из кабинета. Азизов убрался следом. А я прикрыл глаза, оставшись в одиночестве.
Сава был прав. Князеву прилетела очередная комета в голову, не иначе. Он ворвался в предоперационную быстрым шагом и направился к мойке, у которой мне не повезло задержаться.
— Ты прошла обследования? — потребовал он, не глядя на меня. — Почему у меня еще нет результатов в почте?
— Забыла, — и я вжала голову в плечи.
— У тебя проблемы с памятью? — зыркнул он на меня озлоблено. — Или с субординацией?
— Нет, — проблеяла я, выключая воду, но тут же расправила плечи, поворачиваясь к нему. — У вас что-то случилось?
— Ты что-то сказала?
— Говорю, случилось у вас что-то? — повысила я голос.
