Автор
Снежный шторм усилился, и Лера долго искала свою машинку среди вихревого заслона снега, который превратился из рябых кружечек в однообразную белую завесу. Подумав о том, что быстрее бы доехать без аварий, она наконец поставила на заднее сиденье покупки и уехала домой. Напряженная атмосфера ночи добавлялась к этой простоте в движении — все вокруг казалось тихим и пустым, словно мир замер под непроницаемым покровом снега....
Я шутя ущипнул её за бок, жена от неожиданности охнула и засмеялась, а успокоившись, уже серьёзно проговорила:
— Если бы ты знал, как я тебя люблю!
— Сильно?
— До умопомрачения!
Покрепче обнял её за талию, развернул к себе и притянул ещё ближе:
— Я люблю тебя так, как любить невозможно! Жизнь за тебя отдам! И за наших детей! У нас будет много всего, я знаю: и горьких потерь, и радостных побед, но это на двоих!
— Я понимаю.
— Однако, чтобы даже в мыслях никогда не возникало этого — развод и точка. Потому что мы любим, а раз любим, будем решать любые проблемы.
— Да, мой дорогой!
Вся эта картинка пролетела у меня перед глазами, когда родители поздравляли нас, сидя за праздничным столом, с таким замечательным событием, мамы даже прослезились, а отцы похлопали меня по плечу:
— Молодец!
— Мама, у вас будет ещё один ребёнок? — тихо спросила Оля. Но Лера услышала:
— Да, солнышко, только у нас всех будет малыш. — Дочь, наверное, волновалась, что с рождением ребёнка мы забудем о них, станем меньше любить.
— Ага, здорово. Я буду лепить для него разных зверюшек, — уже бодрее сказала Оля.
Мы понимали её состояние тревожности после потери матери, даже начали возить по врачам, которые обещали, что это скоро пройдёт и у девочки наладится сон, она будет чувствовать себя вполне комфортно.
— А я буду рисовать картинки, — вставил неугомонный Стёпа, ёрзая на стуле.
— Умнички, — Лера обняла детей и прижала к себе: — Все мои!
Вечером нас ждала ещё одна новость, ибо позвонил сам Сухаревский — худрук театра и предложили Лере освободившееся место актрисы:
— Я посмотрел видео с конкурса, где вы представили свою работу как режиссёр, и вспомнил вас. Вы же показывались в театре ещё летом, хотели у нас работать.
— Да. — Лера удивлённо вскинула на меня глаза и включила громкую связь, шепнув: «Дубль два?»
— У нас освободилось место. Приглашаем послужить на благо драматического театра. От души, честное слово! У вас большой потенциал!
Лера улыбнулась:
— Спасибо за лестные слова, но нет. Скажите, а вам знаком Голубев Максим Викторович?
— Голубев? Нет. Кто это?
— Неважно.
— И всё-таки подумайте. Я ещё перезвоню. — И отключился.
