Автор
Снежный шторм усилился, и Лера долго искала свою машинку среди вихревого заслона снега, который превратился из рябых кружечек в однообразную белую завесу. Подумав о том, что быстрее бы доехать без аварий, она наконец поставила на заднее сиденье покупки и уехала домой. Напряженная атмосфера ночи добавлялась к этой простоте в движении — все вокруг казалось тихим и пустым, словно мир замер под непроницаемым покровом снега....
— Мальчик так на вас похож, а вы… Что же так плохо воспитываете сына?
Я присмотрелась к ребёнку: действительно, есть какое-то сходство — оба голубоглазые блондины.
— Простите. Больше такого не повторится, — ответила я за Кира и развернула Стёпу к женщине: — Немедленно попроси прощения.
— Я так боль-ше-ее не бу-уду, простите, тё-ётенька.
— Ну ладно, чего уж теперь, больше такого не делай. — Продавец перевела взгляд на Кира. Чувствовалось, что ей неловко и самой жаль мальчика. Она хлопнула себя по бедру и, продолжая смотреть на мужа, продолжила: — А-а-а! Наверное, вы за здоровый образ жизни, не позволяете есть парню вредную пищу, вот он и… того, сорвался.
Киру нужно было что-то отвечать, и он повторил её слова:
— Да, соблазн. Но ничего, с соблазнами будем бороться. — И строго посмотрел на Стёпу. — Так?
— Так, — отвёл глаза мальчик.
Глава 8
Из магазина мы выходили втроём.
Я наблюдала за ребёнком, было интересно, как он поведёт себя дальше. Стёпа продолжал всхлипывать, даже не решался заговорить.
Мы, ни слова не говоря, подошли к автомобилю, загрузили в багажник всякую всячину из магазина — сначала не планировали ехать в центральный супермаркет, а просто сходить в небольшой, тот, что поблизости, но Кир настоял, потому пришлось ехать на машине в дальние дали.
Стёпа встал возле бампера, разглядывая автомобиль, кажется, только несколько раз обойдя машину, он немного отвлекся от печальной ситуации, и слёзы постепенно высохли на его щеках.
— Красивый, большой, — кивнул он на автомобиль. — У мамы был такой же.
— Расскажи, как ты оказался в детдоме? — попросила я. Ни до, ни после занятий разговаривать на личные темы было непринято, да и некогда: уходила одна группа, следом заходила другая — такой вот конвейер.
— Мама она…
— Давайте сядем в машину и спокойно обо всём поговорим, — вклинился в наш разговор муж.
Мы со Стёпой сели на заднее сидение, я положила его маленькую ладонь в свою руку.
— Рассказывай теперь, не волнуйся.
— Мама умерла ещё летом, она попала в аварию, и меня после больницы забрали в детдом, — с горечью сказал мальчик, и я заметила, как глаза его снова налились слезами.
Я знала, что перед отправкой в приют, дети некоторое время находятся в больнице и только после прохождения полного медицинского осмотра покидают её.
— У тебя нет родственников?
— Была бабушка, но она тоже умерла ещё до маминой аварии.
