— У тебя есть проверенный гинеколог?
— Так у тебя же свой хороший? — удивляется Алена.
— Хороший. Но мой врач знает Мирона, а я пока не уверена, нужно ли сообщать ему о ребенке.
— Как это? — подруга, нахмурившись, смотрит на меня.
— Вот так, — я развожу руками.
— Так неправильно, Ритусь. Двое делали, оба должны отвечать.
— Я не хочу видеть Мирона, Ален. Как ты не понимаешь? Мне больно. А он будет рядом, и станет еще хуже. Вдруг он уже завел себе кого-то? Я не смогу наблюдать за всем этим со стороны.
— Так, — бодро хлопнув себя по коленям, Аленка поднимается и протягивает мне руку, помогая подняться. — Утро вечера мудренее. Запишу тебя к своему врачу, а дальше будем смотреть по обстоятельствам.
Глава 9. Беременность
— Маргарита, с вашим образом жизни и питанием нужно что-то делать. Все показатели низкие: витамины в дефиците, анемия, истощение. Мне придется отправить вас на больничный. Будете в дневном стационаре, пропишу вам капельницы. Маргарита, вы слушаете?"
"Доктор Алены — женщина в возрасте, доброжелательная, с мягкими чертами лица и дружелюбной улыбкой.
Обследование показало, что с ребенком все в порядке. А вот со мной нет.
— Маргарита? — врач объясняет и объясняет мне что-то, а я смотрю на календарь, стоящий на ее столе, и понимаю, что сегодня день, когда Мирон впервые заговорил со мной много лет назад.
— Привет, Кудряшка, — говорит мне самый популярный парень универа.
Он старшекурсник, а я зеленая первокурсница. Его отец крупный бизнесмен, известный во всем городе, мой папа работает на заводе.
Он живет за городом в огромном доме с бассейном, где каждые выходные устраиваются вечеринки, я живу в общежитии и варю суп из пакетика.
Мы совершенно разные.
— П-привет, — мигом начинаю заикаться и оборачиваюсь по сторонам.
Может быть, он ошибся и обращается не ко мне? Но тут нет никого, мы одни в длинном коридоре. Пары закончились, я задержалась в библиотеке, а он… он стоял под дверью и ждал… меня? Мирон высокий, яркий.
Широкоплечий молодой мужчина с темными вихрами? волос, беспорядочно-сексуально торчащими в разные стороны. Его улыбка такая… лучезарная, живая.
— Вот, держи, — протягивает мне мою же тетрадь.
Я потеряла ее пару дней назад. Ума не приложу, куда она запропастилась, а оказывается, вот, у него.
— С-спасибо, — забираю свои конспекты, но Мирон не собирается выпускать их из рук; держит крепко и смотрит лукаво на меня. — Отдай, пожалуйста.
