Автор
Катя улыбается, разворачивая коробку с праздничными конфетами в детской клинике. В ее глазах сверкают радость и благодарность, передаваемые каждому ребенку. Медсестра провожает уходящий год с подарком, а уже на весеннее улыбание новой жизни готовится новый Рождество.
– Хочу предложить тебе переехать на Горького, – заявляет он, и я даже дар речи теряю от такой «щедрости».
Квартира на улице Горького раньше принадлежала его бабушке. Маленькая однушка в старом панельном доме, с обшарпанными стенами, с облупившимися деревянными полами.
И он предлагает мне туда съехать?
Даже Лерка, которая сгорала от желания жить отдельно, не захотела туда переезжать. Мы предлагали ей сделать там хороший ремонт, купить новую мебель, но она ни в какую не согласилась.
– Там вонючий подъезд, в доме живут одни старики, и в квартире тоже воняет затхлостью, – бурчала дочь.
Илья даже задумался тогда о продаже, но потом передумал.
Видимо, приберег ее для меня…
Глава 12
Катя
Утро следующего дня
Может ли женщина после измены мужа и развода стать счастливой и начать новую жизнь?
Хороший вопрос.
Считаю, что все зависит от самой женщины. Можно ругаться на судьбу, рыдать, жалея себя за то, как с тобой обошлись, бесконечно пересматривать семейные фото и видео, думать, что жизнь на этом закончилась.
Или еще хуже: сидеть и ждать, когда изменщик одумается и придет обратно.
Некоторые прощают измену, знаю это не понаслышке.
Моя коллега развелась с мужем-изменщиком спустя одиннадцать лет брака, через год он решил вернуться в семью, и она приняла его.
Вот только они стали жить намного хуже, чем было до измены. При любой, даже малейшей ссоре обиженная жена припоминает мужу о его подлом поступке.
Живут как кошка с собакой.
А я уже наперед знаю, что меня ждет, если буду круглой дурой и прощу Илью: до конца жизни перед глазами будет стоять картина, как он целует пальцы любовницы и с вожделением смотрит на нее.
Этот фрагмент сфотографирован моими глазами во время просмотра видео и теперь на всю жизнь останется в моей памяти.
Ни о каком прощении даже речи быть не может. Даже если он на коленях ко мне приползет и будет клясться, что любит только меня и больше никогда не предаст – не прощу.
Да, мне больно сейчас.
Очень больно.
Потому что раны еще слишком свежи.
Но будет еще больнее, если я прямо сейчас не начну отстаивать свои права, превращусь в тряпку и снова начну заедать стресс.
Как вчера, например…
После того как Илья вышел из квартиры, я села за стол и, пока пыталась переварить все, что он мне наговорил по поводу моего переселения в старую квартиру, съела несколько шоколадных конфет.
