Автор
Катя улыбается, разворачивая коробку с праздничными конфетами в детской клинике. В ее глазах сверкают радость и благодарность, передаваемые каждому ребенку. Медсестра провожает уходящий год с подарком, а уже на весеннее улыбание новой жизни готовится новый Рождество.
– Папуль, привет! – Рита обнимает Костю и веселыми карими глазами смотрит на меня. – Катя, здравствуйте! – протягивает мне руку. – Я очень ждала нашей встречи, – подпрыгивает на месте. – Можно я вас обниму?
– Я тоже безумно рада знакомству, – прижимаю ее к себе, и у меня появляется чувство, что я знаю эту девочку сотню лет.
Мы садимся за стол, Рита продолжает меня разглядывать.
– Пап, – восхищенно протягивает она, – теперь я понимаю, почему ты каждый свой выходной рвешься к Екатерине в Москву. Я вас видела по телевизору, и папа показывал мне ваши фотографии, но вживую вы…
– Рита, – косится на нее Костя, – ну все-то не рассказывай.
Я смеюсь.
«Так-так… значит, говорил обо мне с дочкой и показывал ей мои фотографии».
За милой беседой целый час пролетает как одно мгновенье.
Костя достает из кармана пиджака звонящий телефон и выходит из-за стола.
– Дамы, я вас оставлю на пару минут. Нужно ответить на важный звонок.
– Я папу не узнаю в последнее время, – провожая его взглядом, делится со мной Рита.
Девушка горько усмехается.
– Он мне вообще сказал, что больше никогда не женится, потому что навряд ли найдет женщину, которую сможет полюбить так же, как любил мою маму. Но… – переведя на меня взгляд, расплывается в улыбке, – после свадьбы Маши и Богдана его ледяное сердце, кажется, оттаяло. Из Москвы он тогда вернулся с-о-овсем другим человеком.
Рита берет меня за руку и с благодарностью смотрит в глаза.
– И я хочу сказать вам спасибо за это. Потому что, – мотая головой, подбирает слова, – вы… вы словно вдохнули в него жизнь. Шесть лет у него не было отношений. Я думала, что папа так и останется один, но он встретил вас, и, знаете… – опустив взгляд, глубоко вздыхает, – вы для него – как огонь в замерзшие руки. Вам удалось вернуть его к жизни, и это для меня очень дорогого стоит.
Заметив, что к столику приближается Костя, Рита нагибается ко мне и шепчет:
– У папы очень много друзей, подчиненных, у него куча знакомых, но… таким теплым взглядом он смотрел только на троих человек: на меня, на маму и… на вас.
Она выпрямляется, встречает отца своей фирменной лучезарной улыбкой, а я, пытаясь отойти от такого трогательного разговора, отвечаю на звонок от Богдана.
– Мам, ты видела, что я тебе прислал в Ватсап?
Меня настораживает его сердитый голос.
– Нет, а что случилось?
– Зайди, посмотри. И сразу перезвони мне.
