Автор
Лиля с волнением ждет возвращения мужа после его короткого отсутствия. Но когда он приходит домой, мир вокруг Лили рушится - она узнает о предательстве и том, что ее брак уничтожен. Вместе они пытаются выжить и найти правду, проникаясь непоколебимым желанием вернуть прежние моменты....
Ну да, очень романтично получилось сообщить ему новость о беременности.
Не могу понять, рад он или расстроен. На его лице невозможно прочитать ни единой эмоции. Он отрешился, отгородился от меня, да вообще от всего происходящего.
Смотрю на то, как Игорь развязывает белую ленту, как поднимает крышку. Муж проходится взглядом по каждому трайфлу. Он все читает и читает, что на них написано. Смотрит на изображение аиста и капусты. Ну а что, символично, ведь. В нашем детстве всегда так говорили.
— Значит, скоро станем родителями? — с легкой улыбкой на губах, говорит Игорь, когда приходит в себя.
— Я да, ты не знаю, — неуверенно отвечаю ему и радуюсь, что удалось пробить этот ком в горле.
Меня поражает контраст его настроения. Он не злится на мои слова, наоборот, шире улыбается.
— Хорошая новость, родная, это надо отпраздновать. Приготовь сегодня что-нибудь интересное, а я улажу все дела, и, — покосившись за спину на дверь, продолжает, — и вернусь домой. Отметим, это радостное событие. Мы долго этого ждали.
Он подходит вплотную, приобнимает и целует в макушку, и в этот момент в кабинет врывается любовница, вся всклокоченная, злая и несется на нас.
— Игорь, не смей меня выставлять, я еще не договорила, — и увидев нас, замирает.
Глава 4
Лиля
Но ступор ее длится недолго, и за это время я успеваю ее разглядеть.
Молодая, красивая, яркая блондинка, голубые глаза, хорошие формы, все при ней. И она очень непохожа на меня, совершенно другой типаж. Неужели у мужа так поменялись вкусы, или он, наоборот, специально выбрал ту, которая не совпадает с его идеалами, чтобы не привязываться?
И тут в голове возникает глупая мысль, за которую хочется ухватиться, и сама себе задаю вопрос: а какой у мужа на самом деле идеал? Может быть, я-то самое отличие от идеала, а не она?
— Я еще не договорила, Игорь.
— Дарина, — повернувшись к ней, и отставляя пирожное на журнальный столик, около которого мы стоим, с предостережением начинает муж.
Девушка возмущена до предела. У нее даже лицо раскраснелось все до кончиков ушей. Вот это злость, вот это страсть, не то, что я, стою, боюсь за ребенка. Мне холодно, дико одиноко, и кажется, что кровь вся из тела выкачена. Иначе не могу объяснить этот озноб. Хотя в животе очень жарко, а резь все усиливается.
