Автор
Вокруг трое детей и их трех внуков, девушка-попаданка обнаруживает себя уже не в своем мире. Взрослый возраст, семья — но сердце таится в прошлом. Ночи без сна и странное чувство, что умерла и вернулась обратно. Это ожоги нового измерения, и она должна научиться жить двойной жизнью....
"
"— И ваш такой серьёзный взгляд на меня совершенно не действует! Так что не тяните кота за хвост. Я не уйду!
Генерал лишь на миг замер, а потом начал расстёгивать рубашку, не отводя взгляда.
— Кажется, упрямством больна тут не только я.
— Что есть — то есть, генерал. Я не уйду, пока вам не будет оказана помощь.
Он снял рубашку, и я увидела, как его бок пересекали четыре рваные, глубокие борозды. Мышцы на его груди были крепкими, по-мужски развитыми, сильными.
— Сядьте, — сказала я твёрдо.
Генерал медленно опустился в кресло.
Я подошла ближе и покачала головой. Ну зачем же терпеть такую боль от располосованного бока.
Я внимательно осмотрела раны. Подошла к сумке, достала многоразовые перчатки — специальные, медицинские, самоочищающиеся, как объяснял Райнер. Натянула их с привычным щелчком, и они плотно обхватили кожу рук. Подошла ближе.
Склонилась, осмотрела раны под другим углом — борозды были рваные, неровные.
Я стояла к нему лицом, почти вплотную. Слышала, как тяжело дышит генерал, как грудная клетка вздымается при каждом вдохе. От его тела исходил жар.
Генерал не двигался, но мышцы на его челюсти ходили от напряжения. Щека подёргивалась. Он терпел. Не издавал ни звука. Но я видела — ему больно.
— Сейчас будет щипать, — предупредила я спокойно, не отрывая взгляда от раны. — Терпите.
— Дышите, — напомнила я мягко и коснулась края раны.
Он выдохнул сквозь зубы.
Я промыла рану настойкой, обработала мазью, наложила повязку, а затем поднесла к его губам фляжку с зельем.
Он взглянул на меня с тем странным выражением, в котором смешивались подозрение, удивление… и благодарность. А еще он ни на миг не переставал вглядываться в мое лицо, чем жутко смущал.
— Выпейте. Вам нужно восстановиться.
Он взял бутылек и выпил его до дна. Передал мне пустую склянку.
— Вы начинаете говорить как Хельм.
— Я просто не хочу, чтобы вы свалились на моих глазах, — пробормотала я, убирая сумку. — И ещё… спасибо вам. За то, что несёте тут службу и охраняете… покой Империи.
Дракон нахмурился.
— Это мой долг.
Где-то я уже всё это слышала…
Я устало улыбнулась дракону, сняла перчатки, собрала сумку.
— Вы идёте к себе? Хоть немного отдохнуть?
— Нет.
— Я так и знала, — покачала головой и, подхватив сумку, вышла из кабинета.
— Спасибо, Элеонора.
— Всегда пожалуйста.
