Автор
Вокруг трое детей и их трех внуков, девушка-попаданка обнаруживает себя уже не в своем мире. Взрослый возраст, семья — но сердце таится в прошлом. Ночи без сна и странное чувство, что умерла и вернулась обратно. Это ожоги нового измерения, и она должна научиться жить двойной жизнью....
Плечи напряжены, рука с пером двигалась быстро, взгляд сосредоточенный, мрачный. Казалось, он даже не заметил, как я вошла.
— Добрый день, генерал, — поздоровалась я вслух, чтобы не пугать.
Он резко оторвался от записей, замер. Смотрел на меня так, будто не сразу понял, кто я и почему здесь.
— Обед, — бодро сказала я и поставила поднос на край стола. — Режим питания нарушать нельзя. Даже вам. Бумаги в сторону!
Он продолжал молчать, перевел взгляд на тарелки, потом на меня и снова на тарелки.
— Вы… сами приготовили? — спросил он глухо.
Глава 30
— Конечно. Эмма только посуду выдала, продукты. И немного удивилась, но не возражала, — я чуть улыбнулась.
Генерал молча отложил чернильницу, сдвинул бумаги в сторону, освободил место. Потом пододвинул к себе тарелку и взял ложку. Взял сметану, добавил в борщ.
Завис над тарелкой. Смотрел как белый островок скрывается в насыщенном красном бульоне. А я… присела рядом и смотрела на мужчину. На того, в ком хотела бы увидеть… другого.
Следила за его лицом.
Вот сейчас он поднимает глаза от тарелки и скажет: «Надя, это ведь ты…»
— Что ж… — так же хрипло проговорил генерал, не поднимая глаз на меня. — Попробуем.
Я размешивала сметану в своей тарелке, но уже понимала, что нет… передо мной просто генерал Торн Равенхольт.
Защипало в глазах. В горле встал ком. Я больше не могла смотреть на то, как дракон… ест мой борщ. Опустила глаза. Сама принялась за еду, хотя аппетит напрочь пропал.
И как же это больно — когда даже самая крошечная надежда сначала зарождается… а потом гаснет.
Я качнула головой, словно отгоняя всё это.
Генерал ел красиво и быстро. Он вернул тарелку на поднос и посмотрел на меня. Я чуть улыбнулась уголком губ. А сама съела только половину — не больше. Отложила ложку.
— Было очень вкусно… Элеонора.
— Благодарю, — прошептала я и начала подниматься, чтобы унести посуду.
— Вы же не доели.
— Я переоценила свои силы, — призналась я. — Мне бы… хотелось отдохнуть.
Он слегка склонил голову.
И вдруг раздался тихий скрежет деревянных ножек по каменному полу. Я замерла.
Торн подошёл сзади. Слишком близко. Слишком тесно стоял ко мне. Он протянул ладонь и открыл для меня дверь.
От него исходил жар. Пахло морским бризом и сандалом.
Я просто… вышла. Не сказав ни слова.
