Автор
Я смотрю на приоткрытую дверь кабинета мужа, где доносится шепотная брань, и в мгновение ока сердце забилось быстрее. Внезапно понимание касается меня: муж подслушивает какую-то тайну. Просто одевайся быстрее и не будь смешной перед ним.
Глава 24"
"— Агафонов взорвал наш дом, — со вздохом отвечает Захар и проводит рукой по лицу. — Как подумаю, что ты могла находиться там, аж плохо становится, — тихо добавляет он, а у меня на голове волосы шевелятся. — Поэтому ты пока побудешь с парнями у Архипа, а я уеду на некоторое время. Разберусь с этим всем и вернусь.
— Захар, — хватаю его за руку, — а что, если с тобой что-то случится?
— Ты разве не обрадуешься? — хмыкает он, а я сглатываю.
Не обрадуюсь. Но ему ничего не отвечаю. Потому что смесь чувств и эмоций, которая бурлит во мне вот уже который день, сковывает язык и не дает проронить ни звука.
Когда мы подъезжаем к дому второго брата Земцова, Захар оставляет меня в машине, а сам идет с амбалами внутрь, чтобы убедиться, что там безопасно. Потом он забирает меня из машины и ведет в дом.
Чувствую, как в теле зарождается неприятная, уже знакомая дрожь от одной мысли, что я останусь здесь одна, а Зевс поедет на разборки, с которых может не вернуться.
Остановившись на крыльце, он берет обе мои ладони в свои и смотрит в глаза.
— Прости меня, Маргош, — произносит сдавленным голосом. Никогда я еще не видела этого мужчину поверженным. А сейчас эта эмоция, сквозящая в его всегда твердом взгляде, поражает настолько, что внутренности скручивает. — Я был идиотом. Просто решил, что никогда тебя не потеряю. Не по-настоящему. Повелся на свои желания и вседозволенность. Кроме тех двух раз ничего не было. Поверь мне. Ни за что я бы не впустил ни одну женщину сюда, — с этими словами прижимает одну мою ладонь к своей груди, в которой неровно колотится сердце.
Наклонившись, он прикасается губами к моему лбу и замирает так на несколько секунд. А когда отрывается и, не глядя на меня, скрывается за воротами, я оседаю на ступеньку.
Истерика и последние события буквально выжали из меня соки, так что у меня едва хватает сил доползти до гостевой комнаты и, завернувшись в шерстяной плед, свернуться калачиком на кровати. Я не сплю. Не смогу уснуть. Но в то же время веки печет, а глаза слипаются. Вот только мне страшно поддаться сонливости, потому что боюсь снов, которые могу увидеть.
Сжав в ладони телефон, гипнотизирую темный экран.
